Возвращение

«Это уже невыносимо просто!» – про себя выругался он и тут же вихрем долетел до двери, и, даже не заглядывая кто за ней стоит, распахнул ее настежь.

Его лицо застыло в эмоции, которую тяжело описать словами. Страх сливался в этом чувстве с радостью и с какой-то необъяснимой надеждой. Он не мог проронить ни слова.

Его кожа тут же побледнела, глаза, не моргая, уставились в одну точку, а в горле образовался гигантский ком, который не позволял ему хоть как-то словесно отреагировать на увиденное.

Перед ним, за открытой дверью, стояла она.

–Я могу войти? – своим тихим, но до ужаса нежным голосом спросила она.

Он ничего не отвечал. Просто не мог.

Обилие мыслей, размышлений, ее лицо, ее глаза прямо перед ним – не позволяли сказать хоть что-то, хоть что-то из себя вытянуть.

Он, как пораженный, уткнулся взглядом в ее глубокие голубые глаза, в ее шелковистые и густые золотые волосы, которые так мило и лаконично обвивали ее шею, и в ее неземную красоту, которая состояла в ее грации, в ее фигуре, во взгляде, в улыбке – во всём.

–Всё в порядке? Или ты не один? – забеспокоилась она.

–Н-нет, я один… П-проходи… – еле выдавил из себя он.

Она перешагнула порог квартиры и вошла внутрь, ему почему-то сразу же стало теплее. Тут же она сняла с себя свое клетчатое серое пальто, свой черный шарф и свои белые перчатки и протянула всё это ему, чтобы он, как обычно, убрал это на вешалку.

«Ее одежда… Это она, это действительно она, но как, почему? Спустя столько времени?» – размышлял он.

–Сколько прошло? Три месяца? – спрашивала его она, пока он заботливо вешал ее одежду.

–Да… Три месяца и двадцать три дня… – тихо, почти шепотом, ответил он.

–Смотрю, ты так и не научился гладить одежду… Ну да ладно, давай поговорим, я поставлю чай. – сделала ему замечание она и, уже прекрасно зная каждый уголок этой квартиры, направилась на кухню.

Он замер на месте. Его руки и щеки были холодны как лёд.

–Боже, какой же у тебя беспорядок, почему ты так всё запустил? Даже и чай не найти… – послышался ее манящий голос с кухни вместе со звуками открывающихся полок и шкафов.

Он, стараясь подавить в себе все сомнения, проследовал за ней на кухню.

Порядка в этой комнате было еще меньше, чем в его личной.