Парень с крутым нравом

После чего дверь закрылась. Мужчина зло сплюнул себе под ноги, вдавил кнопку на домофоне и вновь залепетал что-то, побрякивая браслетом часов. Но ответом ему была тишина. Водитель такси терпеливо ждал возле открытой дверцы машины.

Какое-то время мужик, проигравшийся в пух и прах, пытался достучаться до того субъекта, который выставил его на улицу. Наконец он понял тщетность своих потуг, развернулся, понурил голову и побрел пустынным двором к такси, поджидавшему его.

Этому бедолаге можно было только посочувствовать.

– Покойся с миром, – проводив взглядом такси, изрек Князев.

Настя ухмыльнулась, посмотрела на часы и отчеканила одну из своих любимых фраз:

– Время – деньги.

– А в твоем случае еще и репутация, – дополнил Богдан, поняв, что пора действовать. – Значит, так, подруга!.. – перешел он к делу. – Ты остаешься в машине, а я иду вызволять твоего муженька из плена.

Возражать Бубликова не стала, хотя ей и хотелось побывать в подпольном казино. Пожелав другу детства удачи в нелегком деле, она откинулась на спинку сиденья и закурила ментоловую сигарету.

Женщина уже прокручивала в голове предстоящий разговор с супругом. Нет, упрекать она его не собиралась – знала, что бесполезно, да и боком выйти может. Ведь Алексей Павлович априори не воспринимал критики в свой адрес. А потому к нему был нужен более изощренный подход.

Поднявшись на крыльцо, Князев прокашлялся в кулак и вдавил ту самую кнопку на домофоне, которую пятью минутами ранее терзал любитель азартных игр в деловом костюме. Ответили бывшему прапорщику лишь со второго раза.

– Кто там? – донесся из динамика негостеприимный хриплый мужской голос.

– Мне вас порекомендовал Алексей Павлович Бубликов, – не растерялся и сымпровизировал на ходу Богдан.

Повисла томительная пауза, потом из динамика вырвался все тот же голос, правда, на этот раз он звучал уже вполне гостеприимно:

– Добро пожаловать!

Домофон пискнул, дверь открылась.

Князев шагнул в подъезд и замер, пытаясь в темноте разглядеть того человека, который его встречал. Поблескивали только глаза, направленные на спорткар, оценивающие машину. Тут в темноте что-то щелкнуло, заскрипело. В глаза Богдану ударил яркий свет. Он зажмурился, прикрыл лицо ладонью.