Сердце Дракона. Книга 8

Сотни ударов шеста Эйнена и копирующей движения обезьяны обернулись, как и на корабле пиратов, самым настоящим морским берегом.

Волны били о скалы, а те рассекали их, выдерживая бесконечную борьбу, длящуюся с момента, как с неба упали первые капли воды, по легендам островитян – наполнившей мировые океаны и моря.

И эта десятиметровая береговая линия, со всеми ее бушующими волнами и острыми скалами ударила по духам.

– Кровавый бег! – подхватила инициативу Анис.

Девушка исчезла в одном месте, чтобы мгновенно, быстрее, чем успел что-либо осознать Хаджар, переместиться на десятки метров.

И вновь началась жуткая круговерть ее силуэтов, которые перемещались от одного противника к другому.

В последний раз Хаджар видел сражающуюся Анис в битве с первобытным гигантом. Тогда она тоже перемещалась при помощи этой техники и, несмотря на то что она наносила удары по разным целям, выглядело это так, будто каждое ее последующее движение являлось продолжением предыдущего.

Но это было тогда, а теперь одновременно с техникой “Кровавого бега” Анис использовала и всю полноту доступных ей мистерий духа меча.

С каждым ударом с лезвия ее Императорского клинка срывались алые разрезы. Куда более плотные и яркие, нежели у Хаджара, они врезались в ближайших духов.

Не стояла на месте и Дора. Позади эльфийки вспыхнул иероглиф, обозначающий “Лес”. Раскрутив огромный боевой молот, она, повторяя движения Эйнена, взмыла в воздух. Зависнув на мгновение в небе, она ударила своим оружием.

Хаджар до их боя с пиратами и не подозревал, что молот можно использовать и на средней дистанции.

И пусть Дора, единственная из четверых не обладала “Оружием в сердце”, она с лихвой компенсировала это сильнейшим из трех видов духов Рыцаря.

Дух-иероглиф пропитывал ее атаки силой, идущей от самой природы. И даже один удар Доры создал воздушную волну, которая тараном ударила в строй духов.

Удар оказался такой силы, что Хаджар не просто ощутил подземный толчок, а был вынужден отскочить в сторону.

Если бы он этого не сделал, то его правая нога провалилась бы в одну расщелин, зазмеившихся от места, куда пришелся удар Доры.

Но ярче всех сияла звезда именно Тома Диноса. За его спиной вспыхнул искрящийся алыми молниями меч-дух. Сам же Том вновь использовал свою излюбленную связку.

– Меч грома! – произнес он. Его клинок обернулся полосой алой молнии, внутри которой бушевали мистерии духа меча. – Кровавый бег!

И он присоединился к сестре.