Через ребра

Теперь по вечерам, когда официально бар закрывался, но не официально оставался открытым для тех, кому некуда было идти, они сидели на лавке на заднем дворе. Райно и Вестер говорили обо всем на свете, разбирая генератор в свете трёх тусклых свечей.

Дядюшка Вестер заставлял Райно перечитывать каждую строчку несколько раз, после чего двигал губами, словно пережевывал только что донесшиеся до его сознания слова. Часто хмыкал и впадал в ступор, пытаясь понять все технические тонкости текста. Райно иногда не выдерживал и громко смеялся, глядя на серьезнейшее выражение лица дядюшки и покрывшиеся испариной пот и виски.

– Ах ты, негодный мальчишка!, – не выдерживал в свою очередь дядюшка и начинал гонять Райно по двору длинной метлой. Райно наслаждался каждым моментом их работы. Наконец однажды они смогли кое-как запустить мотор. Вышло это можно сказать совершенно случайно. Первое, что они поняли из азов техники это то, что по проводам бежит ток. У них даже нашелся прибор, который измерял напряжение.

– Ну ты и силен!, – сказал дядюшка Райно, похлопав Райно по плечу. – Как там миссис Алета?

Хорошо, – сказал Райно и потом немного погрустнел. – Она слабеет Вестер, и меня это удручает… Словно силы и жизнь покидают ее с каждым днем. Она теперь меньше говорит и больше слушает, как я читаю ее книги.

Вестер покачал головой: «Надеюсь, она еще пойдет на поправку! Удивительно хорошая женщина!

Вестер и Райно смогли провести свет в бар, оснастив тот несколькими лампочками, которые были очень ровно укреплены в толстых деревянных стенах паба. Дядюшка хотел прикрепить их как придётся, но Райно настоял на своем и теперь они ровнёхонько красовались с трех сторон паба.

Старая Алета, не смотря на свое самочувствие, самолично попросила довести ее на коляске до паба, чтобы полюбоваться светом.

– Знаешь, – сказала она, глядя своими добрыми глазами. – Этот свет многим внушает надежду на лучшую жизнь в этой забытой богом деревне.

Райно не успокоился и на этом, и они с Вестером провели свет в несколько соседних лавок с позволения так сказать местного рынка.

– Вот теперь это точно рынок!, – с гордостью сказал Вестер.