Явь

Все, что лесовики могли им противопоставить, – маневренность, которой у горожан не было. Их «Витязи» в этом проигрывали таким же средним доспехам лесовиков, как «Гридень», но были лучше бронированы, хотя и обладали менее сильным вооружением. Хотя откуда тут «Гридни»? Придется драться в «Неврах».

– Отряд, – выдохнул десятник приказ в рацию, – снимаем мимикрию, но из леса не выходим, стараемся себя обозначить, чтоб они поняли, что Древослав тут не один, но как только будет произведен первый выстрел, сразу в мимикрию.

– Да, – пришло четыре подтверждения.

– Пошли!

За спиной у лесного колдуна проявились и тут же ушли в тень деревьев несколько силуэтов.

– Не стрелять! – отдал команду Алексей.

Да, Город не любил Леса, а городские считали лесовиков предателями, но это не повод сразу палить в парней из лесной чащи. Да притом, на их же территории, в Лесу.

– Тебе-то Древослав какое дело до лешего? – фыркнула Премудрая, явно узнав колдуна.

– Это Лес, Елена, – ответил колдун, – это наша территория, а вы нарушаете ее целостность.

– Это не твой Лес! – повысила сразу голос чародейка. – Согласно последнему закреплению территорий, Лес ближе пятидесяти километров вокруг периметра считается принадлежащим Городу, и вы на него не претендуете.

– Да причем тут то, где чьи земли, – всплеснул руками Древослав, и парни из города взяли его на прицел, так как в бронедоспехах такое действие выглядело скорее угрожающим, чем обыденным.

– Мне плевать на ваш Лес, на ваших леших и других тварей, – повела плечами Елена, – у меня задание и я иду по своим делам, я не виновата, что какая-то тварь встала у меня на пути. Мне нужно было пройти, и я ее убила, другие будут умнее в следующий раз. Что же до твоего куска Леса и лешего, то не мне тебе говорить, скоро сюда придет новый леший и тут опять будут расти твои любимые сосенки, да елочки, и бегать стада таких же псевдов, как сейчас.

– И это правильно, – ответил колдун, – если бы природа не была настолько умна и добра к своим созданиям, вы давно бы уже выжгли бы вокруг своего Города пустырь километров так на двести в диаметре, а то и в радиусе.

– И правильно бы сделали! – скривив губы в едкой ухмылке, произнесла Елена.