Пиромант. Ступень 4. Преор

– Так поступают только таросцы?

– У пленного нет знания об этом. Единственное, что я понял, они люто ненавидят последователей Скверны. У них вражда.

– Надо возвращаться! – принял я решение. – Пленного предлагаю забрать с собой. Да, у вас достаточно сил, чтобы открыть проходы сквозь сигнальные плетения?

– Незачем брать пленного, – ответил Георгий. – Я не церемонился, и сейчас у него в голове каша. А сил у меня достаточно для обеих преград.

– Джон, этот твой, – произнесла древняя, указав пальцем на неподвижно лежащего командира таросцев.

Сейчас хорошо была видна печать на его лице. Ротус или сотник. Что ж, грязи я давно не боялся, ещё с интерната. Поэтому, достав из ножен штык-нож, одним ударом прервал жизнь противника.

– Уходим.

– Не так быстро, чужаки, – раздался скрипучий старческий голос. Обернувшись на него, мы увидели высокую фигуру с посохом, приближающуюся к нам прямо по воздуху. Эффектно, но бессмысленно. Впрочем, жрецу на это было плевать. – Вы не слуги Скверны, не мои братья. Тогда кто? И откуда?

– У меня заблокирован доступ к силе.

Абсолют молчит, – шёпотом произнесла Анура. – Похоже на действие магии дваждырождённого или божественной.

– Я тоже не могу использовать силу, – уже не таясь, сообщил Георгий. – А этот одарённый очень похож на жреца бога-предателя.

– Ты смеешь оскорблять отца моего, человек? Я убью тебя первым!

Всё это время я, вполуха слушая говоривших, пытался разобраться с тем, что мне делать. Потому что перед глазами висела строка текста:

«Зафиксировано божественное вмешательство.

Частично отражена попытка блокирующего воздействия. Доступ к энергетическим резервам носителя закрыт. Принудительно запущен первый протокол ”Симбиоз“. Активировать боевой режим?

Да/Нет».

– Встаньте за спину, – спокойно произнёс я и шагнул вперёд. Нужно привлечь всё внимание жреца к себе. – Жрец, ты служишь богу-предателю! Он бросит тебя, как бросил десятки тысяч своих детей по ту сторону барьера. Не просто предатель, трус. Я знаю это как никто другой, потому что все воины и рисусы, которых предал твой отец, сейчас служат мне.

– Тебе? Мальчишке? – Жрец позволил себе на миг усмехнуться, а затем направил навершие посоха мне в грудь и, резко изменившись в лице, произнёс: – Умри, лжец!

Белый луч стремительно метнулся ко мне, но был остановлен в нескольких сантиметрах от груди. Защита выдержала божественную магию. Тогда таросец перехватил посох поудобнее и, выкрикнув что-то неразборчивое, ударил ещё раз.