Невольник

Шиц сказал – скорее всего, смогу становиться невидимым, как плывун, или игнорировать большинство ядов. Главное сейчас – добраться целым и невредимым до посёлка и дождаться патруля корпов. Чую я, всё это проделать будет ох как непросто.

Деревня некоши.

– Как ты смогла уцелеть, дочка? – Гаанг с любопытством разглядывал свою внучку. Маньриука – о чудо! – выжила там, где погиб отряд охотников. Чужаки не пощадили никого.

– Дедушка, добрый чужак спас меня. Аудрэй его имя. Сначала привёл в чувство, лекарство своё потратил.

Затем довёл до святилища, накормил. Сказал, что не станет поганить святое место, про надписи расспрашивал. А потом, в убежище, помог мне укрыться, и я слышала, как он рассказал другим, что внизу никого нет. Ему, конечно, не поверили, но Аудрэй хорошо умел прятать, и плохой чужак не нашёл меня.

– Говоришь, интересовался надписями русов? – после долгой паузы задал ещё один вопрос Гаанг.

– Да, дедушка. И ещё мне показалось, что он понимает, что там написано. Он даже вслух произнёс что-то, словно прочёл надпись.

– Ты запомнила, что он сказал? – невозмутимый старейшина впервые на памяти Маньриуки проявил за раз столько эмоций. – Внучка, это важно!

– Три слова. Первые два я не расслышала, а последним было пася или ася.

– Неужели это случилось. Мда, не думал, что доживу. – Гаанг поднялся, прошаркал тяжёлой походкой к выходу из своего шатра и самолично открыл полог, за которым стоял один из младших внуков. – Ступай, внучка, отдохни. Ты слишком многое пережила за эти дни.

А ты, Маймун, беги к старшему охотнику Виргису, передай ему, что старый Гаанг ждёт его.

Проводив своих внуков грустным взглядом, старейшина огладил свою серебристую бороду. Его возраст давно перевалил за полторы тысячи больших ночей, но старый некоши помнил. Да, он был ещё мелким мальчишкой, младшим внуком старейшины Вельмы, когда их село навестили приёмные дети Эмао. С того дня у них появилась надежда.

– Теперь можно уходить, – тихо прошептал он, и морщинистого чёрного лица коснулась тень улыбки.

Глава 6. Инстинкт самосохранения? Что это?

Их было двое, и они пришли именно за мной. Рыжебородый и ещё один зэк, всю дорогу крутившийся возле Хама, как шестёрка. Оба мне не нравились. Вечно несли пошлятину и косо посматривали в мою сторону.

Я совершенно не удивился, когда мой искин сообщил, что впереди, за деревьями, два заключённых перегородили дорогу. А вот когда увидел рыжего и его прихвостня, даже подрастерялся на мгновение.