Выбор клинка

На протяжении почти пяти веков – эта структура продолжала свою деятельность и претерпела лишь незначительные изменения. С опричниной были вынуждены считаться все – даже цари…»

Отрывок из записей гимназиста после экскурсии в Опричный приказ.

…Хлёсткий и неожиданный удар нагайки в кровь рассёк широкую скулу охранника «Красного фонаря». Заступивший дорогу Аскольду азиат проигнорировал сунутую ему под нос бляху с выгравированной на ней мордой русского волкодава и пытался остановить опричника, за что и был немедленно наказан.

– Совсем ohueli, гости дорогие, – назидательно и возмущённо произнёс Аскольд и нанёс ещё два удара нагайкой, сшибая дезориентированного охранника с ног и небрежно намораживая ему на руки тяжеловесные глыбы оков из мутного льда. – Посиди пока тут. И не уходи никуда, есть разговор о твоём воспитании. Понял?

– Да, господин опричник, – сдавленно простонал китаец, пытаясь сесть на колени и морщась от боли. – Координатор приказал никого к нему не пускать. Без исключений.

Вы же понимаете, что у меня не было выбора…

– Похвальное стремление сохранить верность своим моральным устоям и законам клана. Но ты нарушил закон. Воспрепятствовал опричнику при исполнении. За это полагается смертная казнь, – Аскольд с удовольствием пустился в объяснения, ожидая, когда информация с камер наблюдения у входа в клуб будет обработана и передана куда следует. – Ты тоже должен меня понять!

Боевик Тёмного клана неподдельно пригорюнился, но более не произнёс ни слова.

Рассматривая его с искренним любопытством, Аскольд неторопливо закурил и прислонился к декоративной деревянной колонне возле входных дверей в клуб. Тусклый красноватый свет бумажных фонариков придавал его массивной фигуре в традиционном облачении опричников несколько жутковатый вид.

Сигарета истлела после полутора десятков глубоких и сильных затяжек и мерцающим огоньком очертила в вечернем полумраке красивую параболу, угасая в зеве ближайшей урны.

– Твоё начальство не спешит на помощь, – холодно резюмировал Аскольд, обращаясь к коленопреклонённому пленнику.

 – Или против меня снаряжают армию?

– Координатор сильно не в духе, господин. Думаю, он выйдет к вам лично, – слабо улыбнулся китаец, побледневший от холода, источаемого оковами. Его челюсти начали выбивать мелкую дробь, и вид улыбки с клацающими зубами показался Аскольду… угрожающим? Пожав плечами, он усмехнулся в ответ и неожиданно для себя не обрёл успокоения.