Танец с Клинком

– Сколько он будет восстанавливаться?

– Не менее недели. «Каменщик» ранга Ветеран, пятая степень совершенства, не меньше. Мы его еле-еле пробили, – отозвался Калашников, ткнув в бок смурного Джучи. – Этот деятель вообще два раза промахнулся!

– Полтора! Вторая пуля прошла вскользь по наплечнику «голема»! – возмутился потомок Чингисхана, зло сверкнув глазами. – Ему просто повезло!

– Ты промазал и засветил позицию. А «каменщик» правильно подставился, – обрубил я, вспоминая этот эпизод из записей со шлемов.

 – Повезло Димке, который удержал защиту, попав под дружественный огонь!

– Так это рикошет был?! Ну, всё, луноликий! Не выпущу с полигона, пока десять из десяти сто раз подряд не выбьешь! – взвился наш техник, отвесив незадачливому стрелку подзатыльник.

С трудом сдерживая смех, я покачал головой, мысленно отметив то, с какой лёгкостью парни рискнули жизнью. И уже не в первый раз.

Диего и близнецы Харальдсоны торопливо поздоровались и… свалили в один из гаражей, укатив туда свои мотоциклы.

Как оказалось, они сумели договориться с техниками о какой-то модернизации – уникальной, родом из Свободных Земель. Боюсь даже представить, во что превратятся их двухколёсные монстры.

Кастилец во время операции очень спокойно воспринял свою роль охранника при транспорте и тем заслужил мою признательность. Даже доводы не понадобились. На брифинге дель Кастильо безразлично пожал плечами и ничем не выдал разочарования, понимая, что бойцу его редкой специализации одного выстрела весьма сложно будет случайно не прикончить противника.

– Так, парни… Пока выдвигаетесь в штаб, мне с доспехом надо закончить. Буду через полчаса. Пойдём разбалтывать «молчи-молчи».

– Что? – хором и одинаково заинтересованно произнесли Лёха, Хельги и Димка.

– Да, парни, – спокойно подтвердил я. – Мы поймали контрразведчика империи! Бывшего контрразведчика.

Удержать в плену стихийного бойца ранга Учитель не такая уж простая задача. Но только если заморачиваться соблюдением конвенций, а в моём случае – ещё и нескольких законов Российской империи.

Само собой разумеется, что ничем подобным голову я себе забивать не стал.

Благородному не пристало вникать в уложения, противоречащие его священному праву на месть. Этот весомый аргумент довольно успешно использовался в суде на протяжении уже не одного столетия. Пленённый наёмник сам нарушил с десяток законов. И я был вправе решать его судьбу самостоятельно.