Первогодок

Мир вокруг пропал, превратившись в непроницаемую черноту, а по магической защите начали бить мелкие камушки, медленно просаживая её.

Я только сейчас осознал, что в прошлый раз, в мою первую бурю, Александр не только себя, но и меня накрыл защитной техникой, из-за чего пострадал сам. Значит, мой долг перед ко’таном гораздо больше, чем я думал.

Бок о бок, медленно, но мы удалялись от охваченного иносами разрушенного города. Я раненой рукой удерживал ружьё, а здоровой ухватился за загривок охотника. Зверь тоже прижимался ко мне и, сам того не желая, менял направление движения в нужную сторону.

Интересно, много сегодня погибнет небожителей? Или их доспехи защитят от крупных камней? Что-то сомневаюсь. Да и небесные корабли – для них буря тоже представляет опасность.

Так, шаг за шагом, мы удалялись от опасного места…

Артея. Материк Артхайн. Окрестности древних руин. Капитан Раммен

– Мы опоздали, – произнёс командующий, наблюдая через иллюминатор за безумством стихии. Далеко внизу, на поверхности, разразился настоящий ад, забравший жизни сотен простых воинов и десятков сержантов.

Общий ущерб ещё предстояло подсчитать, но даже сейчас Раммен понимал, что ему светят огромные неприятности, вплоть до понижения звания.

– Господин капитан, мы думаем об одном и том же? – уточнил надзор-лейтенант, как и Раммен, наблюдающий буйство стихии в соседний иллюминатор.

– Да. Похоже, жрец вошёл в полную силу. Ты успел направить к крепости мобильные группы?

– Да. Всех бывших орденцев, что смог собрать за эти несколько дней. Девять стоянок находятся под наблюдением, он не должен пройти незамеченным.

– Мы до сих пор не знаем, в каком он звании, – оборвал надзор-лейтенанта Раммен. – Из всей информации нам известно лишь, что жрец был учеником ликвидатора и он молод.

– Скорее всего – тан, – предположил офицер. – Иначе бы он не выжил в той схватке.

– Надеюсь, нам всё же удастся его перехватить, – произнёс капитан, продолжая вглядываться в безумствующую на поверхности стихию.

Третья крепость Либеро

– Ко’тан Александр, ты убивал своих братьев и сестёр в форте номер семнадцать? – Голос гер’кона Азалины был холоден, словно лёд.

– Нет, конмэ, – ответил старший воин, удерживая руки на поверхности артефакта.

– Он не лжёт, – раздался скрипучий старческий голос кона Френа, старшего смотрителя крепости.