Пьющие чудо

Солидарно киваю. Данила только в яви пробивает на подобные разговоры. На Земле он разом стареет, а в Канве – вечно молодой. От этого контраста немножко не по себе.

– Все мы… вечные дети. Только с пережитыми зимами куш за победу растёт, – отвечаю я. – Боишься заиграться?

– Поздно бояться, Фокси. Поздно.

* * *

К родителям я заглядывать не стал. Ограничился телефонным звонком. Времени до входа в Канву осталось – всего ничего. Нужно ещё успеть привести себя в порядок, настроиться морально.

Как бы ни тянуло в иллюзорный мир, всё равно, уходить из мира земного вот так, с наскока, нельзя.

Нужно вежливо сказать родине «до свидания», почитать хорошую книжку. Или фильм посмотреть. Иначе – заблудишься меж двух реальностей. И будет у тебя не личность – жалкая тень.

Женя подозрительно быстро открыла дверь. Посторонилась, впуская меня.

Я цепким взглядом подмечаю, что подруга успела подвести глаза, накрасила губы. Вместо футболки и джинсов – цветастое платьице.

– Ждёшь кого? – спрашиваю, отряхивая с куртки снег.

– Молодой человек должен подойти, – говорит Женя. – С друзьями.

– Что же, без сопровождения никак? – улыбаюсь я. Разуваюсь. – Рейдом, что ли, на тебя собрался? Ну, Бог в помощь тогда.

Женька пытается отвесить мне подзатыльник, я уворачиваюсь. Краем сознания подмечаю, что действую не в рамках шутки – на рефлексах. Хороший признак. Быстрее оклемаюсь после нырка в Канву.

– Он у тебя не иллюзорник, часом? Если да – гони в шею, – продолжаю подтрунивать я, отступая к кухне.

После холода горячий чай – самое то.

– Не, – мрачно произносит Женя, надвигаясь на меня, – хуже. Геймер.

Зажигаю конфорку. Ставлю чайник на цветок голубого пламени.

– В шею, золотце, в шею гони…

– Он хороший, – улыбается подруга. Гоняться за мной ей надоело. Решила заняться заваркой. – Тебе понравится. И ребята забавные… своеобразные такие.

– О, – вздыхаю я, ногой пододвигая к себе табурет. – Как жаль, что шабаш без меня пройдёт.

Женя, решив, что я окончательно капитулирую, разлила чай по чашкам.

Чуть отхлёбываю. Хорошо. Будь моя воля – выпил бы четыре… нет, пять таких стаканов. Но тело за время псевдосна может оконфузиться. Перед заходом в Канву лучше не пить, не есть.

– Может, и навестишь нас…

– Ворона, блин, – говорю я, хмуря брови. – Не каркай.

Кошусь на часы. Ну что же, пора в койку. Обняв напоследок Женю, иду в свою комнатушку.

– Покажи там всем! – кричит вслед подруга.