Сердце Дракона. Книга 7

Хаджар не знал, к чему это в конечном итоге приведет, но испытывал положительное предчувствие.

Когда боль утихла, он открыл глаза и посмотрел на вождя. Тот, в свою очередь, с интересом разглядывал Хаджара.

– Не думал, что ты выживешь, малорослик. – Впервые в голосе громадного орка прозвучало нечто, отдаленно напоминающее уважение.

– Что… это?

– Отвар крепкого духа, – вождь ударил себя кулаком в грудь. – С детства свободные орки пьют его каждую полную луну. Оно восстанавливает силу и укрепляет нашу связь с духами.

Каждую полную луну?! Тогда неудивительно, что простой Небесный солдат орков сравним по силе с человеческим Рыцарем духа.

С такими крепкими и насыщенными энергией меридианами им не требуются техники укрепления плоти. Более того – все их удары без всяких атакующих техник всегда будут насыщены энергией.

– Ну, успехов тебе, Хаджар. – Хельмер, сняв шляпу, отвесил галантный поклон и начал постепенно растворяться в воздухе. – Выживешь – потолкуем.

Проводив демона мало заинтересованным взглядом, Хаджар повернулся обратно к вождю.

– А у вас есть еще этот отвар?

Вождь засмеялся. Пожалуй, единственное, с чем Хаджар мог сравнить этот звук, было рычание спящего медведя, которого разбудили посреди зимы.

– Хороший малорослик. – Орк хлопнул его по плечу. От этого простого и дружелюбного жеста колени Хаджара едва не подогнулись, а земля, на которой он стоял, с треском образовала двухсантиметровую впадину. – Этот отвар можно пить лишь раз в полную луну. К тому же, согласно традициям предков, он предназначен лишь для охотников.

– Тогда почему вы дали его мне?

Взгляд вождя посуровел. Он гордо поднял массивный подбородок и посмотрел на синее небо.

– Нет чести в охоте на раненого зверя. И нет чести в битве с раненым противником.

– В битве?

Вместо ответа вождь ударил ногой о землю. От его удара разошлись трещины, а Азрея, нервно фыркнув, вскочила на ноги.

Копье орка подлетело в воздух. Он ловко поймал его, раскрутил над головой, а затем, как и в прошлый раз, опустил на землю.

– Гар’ак Дур! – проревел он.

– ГАР’АК ДУР! – ответило стотысячное войско.

Рев такого количества орков легко бы заглушил весенний гром, ударь он прямо здесь и сейчас.

Сердце Хаджара начало биться сильнее, а руки сами собой сложились в кулаки. Было во всем этом что-то такое первобытное, что само по себе влекло его к скорой битве.

– Гар’ак Дур, – повторил вождь, и уже тихо – для своего собеседника. – Это язык моего народа.