Сердце Дракона. Книга 14

Просторы, над которыми пела и летала душа того, кому чужды были каменные стены тесных и удушливых городов.

Но вот впереди…

Нет, никакого тумана Хаджар не обнаружил. Но красного, даже багрового цвета перед глазами было достаточно, чтобы протереть лоб и лицо ладонью. Жест бывалого воина, которому не раз и не два взор застилала кровавая пелена.

Ничего не изменилось.

Кроны деревьев в лесу, распростерших свои недобрые объятья за границей лугов, все так же выглядели застывшими кристалликами крови. Каждый листок на вершинах стройных, мощных деревьев имел багровый оттенок.

Листья выглядели иначе. Скорее, как та кровь, которую видеть, слава Вечерним Звездам, приходится далеко не каждому. Темная, густая, бьющая толчками из рассеченной артерии, знаменующая скорый уход к праотцам того, кто судорожной хваткой, стремительно бледнея, пытается остановить утекающую в прямом смысле слова жизнь сквозь его собственные пальцы.

Хаджар видел достаточно битв. Даже более чем. Не будет ложью смело утверждать, что он побывал в сражениях больше раз, чем иные тысячелетние адепты, состоящие на службе у императоров. И неважно – людских, драконьих или кого другого.

Вся жизнь Хаджара была пропитана ими – битвами.

Но даже утро после самого жуткого из побоищ, в которых ему довелось побывать – битвы с кочевниками у хребта Синего Ветра, где пал славный Догар, – не выглядело так же пугающе, как этот лес.

Когда Хаджар вытаскивал раненых, утопая в крови по щиколотку, с поля боя, над ним, сквозь тучи из пороха и дыма светило солнце.

Здесь же из-за высоких и густых кровавых крон… свет солнца, скорее всего, превратится в тусклое серебро.

– Да, Хаджар Северный Ветер, – Син’Маган похлопал его по плечу, – рассказы твоей бабушки не были простыми детскими сказками – земли Красного Тумана действительно существуют.

Несложная манипуляция молнией промелькнула в голове Хаджара. Адепты умеют опознавать прямую ложь.

– Я не знал своей бабушки, – произнес Хаджар, – а мать и отец погибли, когда я был еще маленьким, после чего я отправился в странствие по региону и большую часть жизни прожил среди людей в семи империях.

По мере недлинного и крайне правдивого рассказа Хаджара глаза Син’Магана расширялись. Хаджару даже показалось, что дрогнули ветвистые рога офицера, а его вертикальные зрачки слегка расширились.