Сердце Дракона. Книга 1

Тот, прикрыв глаза, что-то бормотал себе под нос.

– Ваша очередь, коллега, – поторопил ученый.

Ему не терпелось продолжить опрос, но сделать он мог это только в порядке очереди. Таков был их уговор.

– Как ваши успехи, принц? – спросил старец, подойдя к вспотевшему, сцепившему зубы мальчику.

– Тридцать два… три-и-и-идцать тр-ри-и-и, – протянул Хаджар.

– Отлично, – кивнул Мастер.

Он подошел к кладке плоских булыжников. Таких же, как те два, что сейчас лежали на спине принца. Мастер лично вытесал их из камня, двести лет обдуваемого северным ветром.

Его энергия пропитала породу и должна была укрепить слабое тело принца.

Как бы ни был горд Мастер своим учеником, но он был вынужден признать простой факт. Настолько же, насколько сильным был дух Хаджара и его талант к мечу, настолько же слабым оказалось тело.

Как если бы душу героя поместили в тело крестьянина.

Небеса были удивительно несправедливы к принцу, но его упорство могло сломить даже их волю.

– Тогда вам не помешает немного помощи, – и с этими словами Мастер опустил на спину Хаджару еще один булыжник.

Вес теперь превышал тридцать килограмм, и пот покатился градом со лба принца. Локти задрожали, и каждое новое повторение причиняло немыслимую боль. Но только так он мог успеть достичь необходимого уровня к шестнадцати годам и отправиться на экзамен секты Черных Врат.

Стоило только на секунду расслабиться, и он навсегда останется принцем маленького королевства на задворках бескрайнего мира.

Так он мог бы забыть о свободе и приключениях и ветре, зовущем его вдаль.

– Назовите мне три стадии мастерства меча, – внезапно попросил Ученый.

Мастер одобрительно кивнул.

– Един с мечом. Един с миром. Владеющий мечом.

– Именно поэтому не каждый, далеко не каждый, может сказать, что он владеет мечом или копьем, – пояснил Мастер. – Многие, лишь достигнув стадии Небесного солдата, способны достичь вершины мастерства и овладеть их оружием.

Многие, но не Хаджар. Выяснилось, что он все же обладал одним талантом.

И пусть судьба наделила его слабым телом, но его талант к искусству меча сложно было переоценить. В возрасте двух лет он смог шагнуть на ступень «един с мечом». Он мог чувствовать его клинок так же хорошо, как руки и ноги.

Тем, чему многие учились и постигали сквозь пот и боль, он владел едва ли не с рождения.

Забавно, что если бы не тот случай, оставивший ему на месяц синяк на груди, он мог об этом никогда и не узнать.