Сердце Дракона. Книга 11

Не каждый дворянский род мог себе позволить использовать для приглашений бумагу, это же сколько ее надо закупить, чтобы разослать сотни и тысячи таких свитков.

Кстати, сам факт того, что к Хаджару приехал не простой слуга, а именно поверенный клана, говорил о многом.

– Благодар… – Хаджар потянулся, уже почти сомкнул пальцы на свитке, но старик внезапно ослабил хватку.

Подхваченное ветром приглашение, украшенное вензелями и стянутое алыми лентами, упало на песок под ногами Хаджара.

Поверенный даже не извинился. Он так и остался стоять с протянутой рукой, насмешкой на устах и полной уверенностью в своем превосходстве.

Наглядная иллюстрация того, как старость не означала разум или мудрость. Дожил до седины, а все равно остался глупцом. Даже не понимал, как его просто и открыто использовали.

Хаджар, как того и ожидал старик, нагнулся за приглашением, отряхнул его от пыли и, не убирая в пространственный артефакт, оставил при себе.

Все, как и требовал этикет.

– Не было нужды кланяться мне, юноша, – прокряхтел поверенный.

Вот вроде ничего особенно в этих словах не прозвучало, но на самом деле это было довольно-таки серьезное оскорбление. Статус личного ученика великого героя делал Хаджара равным по социальному статусу со старшими наследниками аристократических родов.

Фактически он находился не только на вершине пищевой цепочки силы в Даанатане, но еще и по положению тоже обитал где-то у облаков.

И неважно, что Хаджару безразлично и первое, и второе. Сила, которой он владел, по его мнению, незначительна, а на социальный статус сначала принцу, затем рабу и уродцу было плевать едва ли не с того самого момента, как он съел первые объедки в казематах Примуса.

Важно было то, что поверенный – слуга, Хаджар – почти аристократ. Такие слова почти равнялись брошенной в лицо перчатке.

Хаджар посмотрел за спину поверенному. Темная карета с белым гербом Хищных Клинков.

Брустру придется постараться немного лучше. Пока он даже в подметки не годился той прививке, которую Хаджару сделали несколько раундов общения с императором Морганом.

Шокируя своим поведением старика, Хаджар, нисколько не смущаясь, глубоко, в пояс, тому поклонился.

– Только бесчестный юный, – сказал он выпрямляясь, – не чествует того, чьи волосы белее, чем у него.

Теперь уже сам старик стоял как грязью облитый.