Сердце Дракона. Книга 11

Если дать меч в руки двух физически идентичных людей, обладающих нужной подготовкой тела, но у одного будет опыт в обращении с оружием, а у другого нет… Даже гадать не надо, кто сможет им одолеть врага, а кто разве что порезать самого себя.

– Зримое и незримое, Хаджар, оно всегда вокруг нас. Оно пронзает нас. Окутывает нас. Делает нас теми, кто мы есть. Это наше прошлое, настоящее и будущее. Это Река Мира и все таинства в ней. Это наши души, наши чувства, наши мечты, страхи. Это жар от огня. Холод ветра. Ласка морского прибоя.

Хаджар погружался в слова Оруна и вместе с этим погружался внутрь самого себя. Его дыхание выравнивалось. Медитация становилась глубже, а мир вокруг – тоньше, но в то же время ярче.

– Ты можешь познать зримое лишь через незримое. Можешь быть величайшим кузнецом мечей, но не знать, как ими сражаться. Но даже чтобы стать кузнецом, тебе нужно чувствовать пламя горна, молот в твоих руках, видеть кипящую сталь и не бояться ее гнева. Незримое, щенок, вот что делает нас мастерами, что дает возможность владеющему мечом взмахом ладони возрождать в реальности удар меча на расстоянии – то, о чем смертные лишь слагают легенды, для нас реальность, ибо мы познали незримое.

Видения кружили перед внутренним взором Хаджара.

– Но незримое простирается куда дальше, щенок, чем то, что мы можем потрогать. Ты можешь положить себе в постель тысячи женщин. И все они будут разные. Их груди, кожа, волосы, глаза, даже то, что у них между ног. Узкая, широкая, глубокая, маленькая, мягкая, чуть тверже.

Хаджар почему-то почувствовал запах цветов и земли. Черные волосы проскользили у него перед лицом. Но чьи это были локоны?

Кто его звал?

– Можем ли мы на самом деле увидеть огонь, щенок? А ветер? А гром или молнию? Можем ли мы увидеть момент, когда приходит время листу сорваться с ветки и улететь в долгожданное путешествие: Можем ли мы запечатлеть мгновение, когда пылкий юноша влюбляется в девушку? Или рассмотреть секунду, когда родитель проникается величайшим и крепчайшим чувством – любовью к своему ребенку?

Хаджар услышал голос.

– То, что зримо, Хаджар, не имеет никакого значения. Оно скоротечно и непостоянно. Лишь незримое истинно и вечно. Лишь оно дает нам подлинную силу. Нашу силу.