Лидер

– Зачем ты вновь пришёл сюда? – Голос старейшины звучал, словно сталь клинка, острая и холодная.

– Капитан, может, нам завалить этого сидельца? – тихо, на русском спросил лейтенант Колосс. Он уже держал в руках мощный бластер класса +А.

– Подожди, – приказал я и шагнул вперёд. – Сан, ты что здесь делаешь?

– Я ждал тебя, Андрей, – ответил тот, кого я не так давно убил окончательной смертью. Думал, что убил.

– Зачем?

– Ты заберёшь меня из аномалии.

– С хрена ли? – удивился я наглости охотника.

– Я так хочу. Если ты против, мне придётся убить тебя. А затем каждого, кто пожелает противиться моей воле.

– Лейтенант, – произнёс я, и Колосс тут же выстрелил, метясь точно в грудь бывшему капитану «Эмао». Тот каким-то невероятным движением сумел уклониться от сгустка энергии, после чего, прыгая из стороны в сторону, рванул ко мне навстречу. По бокам загрохотали выстрелы, а я, понимая, что не успею извлечь из кобуры бластер, навёл левую руку на Сана.

– Хащ. Зевс.

Сверкнуло малиновым, и правое плечо охотника оторвало вместе с рукой. От попадания противника развернуло на месте и качнуло в сторону. Прямо под заряд плазмы. Удивительно, но сгусток раскаленного вещества, от которого плавится броня, ударившись о живот клона, всего лишь расплескался, словно попал в бронеплиту крейсера. И всё же плазма сделала своё дело, свалив Сана на землю. Бойцы, выстроившись в линию и матерясь на чем свет стоит, принялись буквально расстреливать катающегося по земле охотника.

– Хащ! – второй раз я постарался выстрелить прицельно. Хрен там, чёртов клон уже наловчился вертеться так, что в него было очень трудно попасть. Что ж, значит, приблизимся. Шагнув вперёд, я приказал штурмовикам и лейтенанту: – Рассредоточиться! Хащ! Хащ! Сука, да что ж ты вертлявый такой! Амбал! Бандерлоги!

Даже моя ускоренная реакция не успевала за стремительными движениями противника.

Израсходовав все заряды протеза, я, ещё раз шагнув вперёд, принялся раз за разом стрелять из бластера. Бойцы, тоже подобравшись поближе и встав полукольцом, раз за разом били по существу, которое уже не походило на человека. Цвет кожи стал серым, а сама она во многих местах порвалась, не выдержав такого напряжения. Во все стороны летели кровавые брызги, дополняя сумасшедшую картину.