Дело черного мага. Книга 2

На самом деле – обшарпанного прилавка, подпертого рыночными ящиками. – Добрые ночи у меня были в шестнадцать. По двадцатке кредитов за те добрые ночи, милок.

Мужчина промолчал.

– Че те надо? – продолжала местная управительница. Толстыми пальцами-сосисками она дернула за шнур, и над головой зажглась лампочка.

Не люстра даже, а обычная лампочка, повисшая на пожелтевшем от сырости и времени проводе. Раскачиваясь в такт неумолкающему скрипу, она то и дело билась о самопальный абажур, сделанный из проволоки и битого бутылочного стекла.

– Недалеко отсюда я нашел вот это.

Сохраняя абсолютное внешнее спокойствие, мужчина положил на стойку сверток. Боже, кто бы знал, что за буря бушевала в сердце этого человека! Что за проклятья он сыпал на собственную голову и как рьяно рвал свое воображаемое горло.

Женщина небрежно откинула край намокшего под дождем одеяльца и скривилась, смотря на пухлое, но красивое лицо годовалого ребенка.

– Очередной ублюдок, – сплюнула управительница.

Дама, доставая с полки книгу учета, не заметила, как сталью сверкнули голубые глаза мужчины.

А заметь она это, то не стала бы уже возить обмусоленным карандашом по выцветшим листам книги. В том стальном блеске плескалось столько ярости и желания немедленно свернуть толстую коровью шею, что дородная мадам просто задохнулась бы от собственного страха.

– Как думаешь, сколько ему? – не поднимая головы, произнесла местная хозяйка.

– Год, – тут же ответил мужчина, но, спохватившись, неуверенно добавил: – Наверно.

– Имя есть?

Чужак вздрогнул, но все же сдержал порыв назвать настоящее имя ребенка. Никому не надо было знать имя, а главное – фамилию маленького человечка.

– Значит, нет, – сама же и ответила мадам. – Пусть тогда будет…

Пока управительница листала страницы книги, ища незанятую бастардскую фамилию, взгляд мужчины шарил по полкам. Там, среди каких-то коробок, свертков и прочего хлама, лежало несколько книг (видимо, вся местная библиотека) и стоял черный ящик маговизора.

Сверкнула очередная вспышка, и тот сам собой включился.

– Передаем экстренный выпуск новостей, – вещал диктор, чье лицо было сложно разобрать из-за частых помех. Черно-белое изображение то и дело плющилось, искрило и рябило, но звук оставался отменным.

– Проклятая гроза, – скривилась управительница.

Она, протянув руку и привстав на цыпочки, от чего затрещали половые доски, подергала ручку регулятора, но так ничего и не добилась.