Афанасий Никитин: Время сильных людей

Его промокнули холстиной, завернули в шкуру и поднесли чашку горячего отвара. Стуча зубами по краю, он рассказал:

– Мель в этом месте водой намыло большую, что на Волге не редкость, да только не простая это мель.

– А какая? – изумились купцы.

– Камни на дно накиданы, да еще специально так развернуты, чтоб корабль с разгону наскочил и засел.

– И сильно засел?

– Остальные камни ничего, а вот один прямо рядом с брусом килевым. Доски не сломал, но раздвинул и вошел глубоко.

– Так то хорошо, что доски не сломаны.

– Да, веревки есть. Привяжем, впряжемся да и потянем, – добавил кто-то из племянников.

– Нельзя его тянуть. Борт разворотим. Поднимать надо вверх, а на то у нас сил не хватит, – ответил окончательно согревшийся Мишка, одеваясь.

– А не те ли недоброхоты, от которых ты нами прикрываешься, нам такую пакость подстроили? – вполголоса спросил его Афанасий.

– Не, не их это манера через реку запруды строить. От них скорее кинжал в спину ждать надо али стрелу отравленную, – совершенно не обиделся Мишка.

– Эй, на корабле! Случилось что? – донеслось по воде.

Купцы обернулись. На берег вышло дюжины с полторы дородных мужиков в справных зипунах поверх хороших рубах. У некоторых в руках были вилы и иное дреколье.

– А то сами не видите, – отозвался Хитрован.

– Видим. Вот и решили подойти спросить, может, помощь нужна какая? – ответил за всех один, по виду староста, сильно налегая на «о».

– А вы сами-то кто такие будете, помощнички? – подозрительно осведомился Хитрован.

– Из соседней деревни мы. Услышали ночью треск да грохот, вот и решили глянуть, чего на реке приключилось.

– Ну, посмотрели? Теперь идите, не мешайте людям с бедой своей разбираться.

– Погоди. – Афанасий подошел и положил руку Хитровану на плечо. Перегнулся через борт. – А что, люди добрые, не подмогнете ль корабль на чистую воду вывести?

– Подмогнуть? – Староста задумчиво расчесал пятерней бороду.

– А если мы заплатим? – спросил Афанасий и оглянулся на купцов.

Те, не любители расставаться с деньгами, покивали, хоть и с натугой.

– Смотря сколько дадите, – рассудительно произнес староста.

– А сколько хочешь?

– Ну, деньги[13 - Деньга – основная денежная единица того времени.