Клан Росс. Книга 4

Может, ты что-то чувствуешь?

– Ты же знаешь, как только стала носить под сердцем нашего сына, я мало что чувствую, – ответила супруга, – но мы же не будем причаливать к берегу, а значит, нам и опасаться нечего.

– Вот потому и странно, – задумчиво произнес я, вновь усаживаясь за вёсла, – ладно, далеко от берега тоже не будем заплывать, саженей в двухстах вдоль берега пройдем на пару верст и обратно.

Первой странное заметила Ласка. Пока я налегал на весла и любовался женой, она разглядывала берег и, увидев то, чего там не должно быть, сказала:

– Руслан, на берегу люди какие-то, отсюда плохо видно, но, кажется, они сражаются с кем-то.

И действительно, на небольшой поляне, зажатой с трёх сторон деревьями, два десятка человек, одетых в простую крестьянскую одежду, с трудом отбивались от наседающих на них степняков, которых было явно больше. Среди крестьян я узнал несколько знакомых, это были мои люди, жители княжества. Вон та высокая фигура отмахивающаяся топором сразу от двух противников, это же Мастер Радомир, старший артели лесорубов, а остальные, стало быть, его подопечные.

– Это наши, от степняков отбиваются, – сообщил я жене, – противник их живьём взять пытается, луки не использует. Нужно помочь, бывших халифатцев по трое на одного, числом задавят лесорубов!

Вёсла были крепкие, потому я, не жалея ни себя, ни их, усиленно стал грести к берегу, надеясь, что успею, до того как лесорубов сомнут. То, что нас не заметили издали, несколько удивило, но то, как моих людей теснили к берегу, постепенно окружая с флангов, заставило меня ещё сильнее налечь на вёсла.

Когда до берега оставалось чуть больше полусотни саженей, я обратился к Стражу. Половина ставшего жидким металла скользнула к Ласке, укрыв её в прочную броню, которую и арбалетным болтом непросто пробить. Сам же я не спешил облачаться, продолжая грести. Убедившись, что набранной скорости хватит, чтоб лодка своим ходом дошла до берега, я сформировал из части нанитов лук.

– Пригнись, – скомандовал жене, а сам принялся методично пускать стрелу за стрелой в сторону противника, выцеливая самых умелых и шустрых степняков. Такая стрельба оставляла желать лучшего, едва ли каждая пятая выпущенная мной стрела находила свою цель, а из них каждая вторая если и попадала, то наносила лёгкое ранение.