Твоя очередь умереть

Прислуга, охрана, водители, уборщики… Конкуренция жуткая, народ согласен пахать за копейки. Вот скажи, такое возможно в любом северном городе? Власти жируют, ничего не боятся. Полиция – ручная, прокуратура – своя, волосатые лапы в Краснодаре, в Белокаменной. Бешеные бабки отмываются и пропадают! Мэр Колыванов ворует, не стесняясь, как и вся его рать. Полиция крышует подпольные казино, публичные дома, любой бизнес – если сможешь заплатить. Самые надежные крыши теперь – у них. Никакой анархии, все под контролем… Слушай, – смутился Фаткин, – я в курсе, что твои родители умерли… Мы с пацанами раз в полгода их могилки навещаем, чистим, поминаем.

– Спасибо, – кивнул Максим. – Вчера вернулся в город – первым делом на погост. Потом домой побрел, а там… – Скулы Максима побелели.

– Ты не знал? – помрачнел Фаткин.

– Откуда? Теперь знаю. Дом выкуплен финансово-инвестиционным фондом «Лувр» у банка «Моркредит», которому тот достался за родительские долги. Дом прибрали после их кончины.

– Кто сильный – у того и видимость, – хмыкнул Фаткин. – Стало быть, ты бомж. Да еще без денег.

– Только не сочувствуй, – поморщился Максим. – Терпеть этого не могу. Справлюсь.

– У сестры уже был?

– Дважды к Светке заходил, – буркнул Максим. – Бился в дверь, не открывает.

– Ты слышал, что она пустилась во все тяжкие?

– Слышал… – Максим побледнел.

– Слухи верны, – Фаткин потупился. – На парапет подалась твоя сестренка, плохи у нее дела. Пьет, балуется наркотиками средней тяжести… Работала официанткой в «Райском уголке» вместе с нашей Бобышкой, так уволили за систематические прогулы. Трудно Светку винить, если жизнь вокруг такая… Алену видел?

– Нет еще, – скрипнул зубами Максим. – Боюсь заходить. Ладно, замнем.

– Замнем, – кашлянул Фаткин. – Не заходи к ней, не стоит. Не береди старые раны. В городе баб хватает – и страшных, и не очень, найдешь себе. Ведь не бывает страшных баб после зоны? – подмигнул приятель. – Ладно, прости, не сердись.

– Замнем, говорю, – Максим нахмурился. – Как там наша дружная компания?

Фаткин долго вздыхал, хмурился, буркнул в ответ на нетерпеливый жест:

– Вопрос понял, над ответом размышляю… Развалилась наша дружная компания, Максим.