Твоя очередь умереть

Максим чуть не присвистнул – Бобышка! Верка Верещагина! Какая трансформация! Круглая «шишка на ровном месте» превратилась в разбитную статную особу – эффектная брюнетка, впалые щеки, ястребиный взор! Она уперла руки в бока и гаркнула, заставив парней за столом втянуть головы в плечи:

– Ага, вот он, пропащая душа! Снова жрет, а я должна его работу делать! Семен, ты, как птичка, – съедаешь половину своего веса в день! А ну, марш работать! Я тебе что, трактор?

– Верка, имей совесть… – заныл субтильный паренек, запихивая в рот кусок мяса.

– От тебя пользы, как от надувного! И как в него влезает! – разозлилась Бобышка, спрыгнула с крыльца и зашагала к жующей компании, угрожающе разминая пальцы на руках. – Предупреждаю – если кто-то сейчас не встанет, то я кого-то приятно удивлю!

– Не убивай его, Верка, – хрюкнул приятель паренька. – Он исполнит твое желание!

– Неужели? – изумилась Бобышка, хватая коллегу за шиворот. Тот вывернулся и, дожевывая на ходу, засеменил к двери.

– А мы чего ржем? – нависла Верка над вторым. Тот сделал примирительный жест и чуть не рухнул лицом в тарелку.

Постреливая выхлопом, подъехал старенький микроавтобус с эмблемой «Форда». Он припарковался недалеко от столика, с подножки спрыгнул Макар Глуховец, покосился на Верку и пружинящей походкой отправился к багажнику. Макар почти не изменился – стройный, в меру накачанный, с загорелой «греко-римской» физиономией.

– Так-так, – вновь подбоченилась Бобышка.

– Отпросился Кузьменко, – проворчал Макар, выволакивая из багажника тяжелую коробку. – Мать у него болеет.

– Вот это скорость, – восхитилась Бобышка. – В шесть заканчивает работу, а в пять уже дома. И почему я одна такая порядочная? Волоку этот воз и постоянно получаю люлей от Симаковой!

– Вер, заглохни, а? – попросил Макар, выгружая коробку на стол. Он был мрачен – впрочем, для Макара это было нормальное состояние.

– Я не тачка, – отрезала Верка. – Я не заглохну. А ты, конечно, по дороге на работу заехал проведать любимую бабушку. Ну, и засиделся, заодно поужинал. Ты же не ушел от бабушки голодным?

– Вер, достала. – Макар покрывался пунцовыми пятнами. – Трахнись ты уж с кем-нибудь, а то становишься невыносимой!

– С кем? – прорычала Верка.

– С кем угодно, – фыркнул Макар, доставая вторую коробку. – Только не со мной…

В груди защемило.