Судить буду сам

При одной только мысли о том, что сейчас в каком-нибудь крысином закутке шакалья стая насильников терзает его ребенка, он готов был по-волчьи завыть и в бессильной ярости грызть баранку руля.

Вылетев на трассу, ведущую к областному центру Меднореченску, Федор помчался, не снижая ходу. Неожиданно он увидел впереди машину гаишников, которые, нацелив в его сторону радар, взмахом жезла приказали остановиться. Свернув на обочину и дав по тормозам, он вышел из машины и решительно направился к гаишникам.

– Нарушаем? – многозначительно поинтересовался рослый лейтенант с радаром.

 – Куда так гоним с двойным превышением? О-о-о! Да ты, мужик, под балдой, я вижу!.. Коль, ты глянь – влупил, кабы, не меньше пол-литра «белячка»… Ты что, не…

– Ребята, постойте! – перебив его, торопливо заговорил Федор. – Я ни от чего не отказываюсь – да, выпил. Но у меня беда, ребята! Вы здесь не видели, сразу три иномарки не проезжали? Дочку мою, гады, прямо средь бела дня с улицы увезли. Ее парня по голове чем-то ударили, не знаю, жив ли.

Ребята! Помогите их догнать! Вот эту «семерку» отдам. Все отдам, только помогите ее спасти!

– А ты уверен, что они поехали именно в эту сторону? – озадаченно наморщил лоб старлей, переглянувшись с напарником. – Вообще-то, мы сюда только что приехали… Может, они уже и проскочили. Ну, что с ним будем делать? Машину свою закрывай, и быстро к нам. Ладно, понимаем… Раз уж такой случай!

Включив мигалки и сирену, старлей дал газу, и служебная «десятка», рванув с места, понеслась по трассе.

Его напарник, включив рацию, сообщил о факте похищения человека – молодой девушки, и назвал единственную примету похитителей – компания на трех дорогих иномарках.

– Где проживала похищенная? Ее имя, фамилия, отчество? – оглянувшись, спросил лейтенант.

– Поселок Наковальское, Герцена, сорок, Романцова Вера Федоровна, двадцать лет…

– Понятно, – кивнул лейтенант, дав в эфир дополнительную информацию.

– Если эти отморозки из Меднореченска, – заговорил старлей, – то, кроме как по этой дороге, им туда больше никак не проехать.

Сейчас вон на стационарном посту узнаем – они, скорее всего, должны были заметить.

– Господи! За что же ей это все? – едва не скрежеща зубами, тягостно пробормотал Федор, глядя в окно.

– Сейчас вообще беспредел полнейший, – сочувственно откликнулся лейтенант. – Как «вышку» отменили, отморозки совсем оборзели. Раньше за убийство сотрудника органов «вышку» давали гарантированно. А сейчас? Ну, пожизненное могут дать.