Соседка авторитета

Наверное, это мое чувство возникло по причине того, что Машкин нарцисс весь вечер не сводил своего липкого взгляда с меня и моих ног. Липкие взгляды тоже бывают разными. От медового отрицательных эмоций, впрочем, как и положительных, я не испытывала. Другое дело, когда кто-то размазывает по тебе слюнявый липкий взгляд. От этого всегда тошнит. Сосед тоже обратил особое внимание на то, что у меня выросло за тридцать два года ниже обреза подола, но этот взгляд я встретила со странным для себя удовольствием. Он был ласкающим, скорее любопытным, чем цепким, и на колготках затяжек не делал.

Между тем конфликт усугублялся. Музыка была уже выключена. У большинства гостей хватило ума не вмешиваться, тем более что они и без того видели уязвимость позиций моего соседа. А я окончательно протрезвела и в ужасе стала разводить ситуацию в разные стороны. Завтра гости, доев и допив, разойдутся, а сосед, смиренно приняв сейчас поражение, будет действовать по принципу Кутузова, решив, что с проигрышем одной позиции не проиграна общая битва.

И уже с понедельника рассветы моей жизни окрасятся в багровые тона. Да уже сегодня может что-нибудь окраситься! Прямо здесь! А мне это нужно, черт побери этого качка-дегенерата?!

– Зайди в квартиру! – завизжала я дурным голосом.

И придурок, конечно, расшифровал: «Бей гада!»

И он ударил. Точнее, махнул рукой. Хорошо махнул, профессионально, я даже свист услышала. Услышала сквозь намертво зажмуренные глаза…

Но звук удара раздался гораздо ниже, чем я ожидала услышать.

Такое впечатление, что это не Тарзан в цель попал, а в него попали.

Когда я распахнула свои накрашенные ресницы, Тарзан стоял перед соседом на одном колене и держался за правый бок обеими руками. Точно так же, как секунду назад я держала его за руку. Я была как-то с ребятами из «Энергии» на рыбалке и очень хорошо помню, как вел себя выуженный четырехкилограммовый судак. Он жадно хватал белыми губами воздух и едва заметно подергивался. Не знаю, с чем была связана такая аллегория, наверное, воспоминания навеяла мертвенная бледность Тарзана.

Хотя Тарзана ли?.. Меньше всего Машкин хахаль был похож сейчас на этого короля джунглей. Он напоминал скорее гипсовую скульптуру, которой хулиганы перебили ломом ноги.

В холле за моей спиной раздался выдох удивления.

Господи… Что сейчас будет? Я зажмурилась снова, только теперь в полной беспомощности. Видит бог, я не хотела этого, но поймет ли меня сосед? В милицию, что ли, позвонить?..