Стреляй вверх – не промахнешься

Неожиданно в разговор вмешался Михей, которому, видимо, наскучила роль статиста. Причем вмешательство это произошло самым кардинальным образом – бандит легонько пнул сидящего Малышева в бок, после чего угрожающе спросил:

– Слышь, ты, конь педальный! Ты что, не всасываешь – с тобой человек базарит!

Виктор Георгиевич чуть качнулся, поднял голову, с откровенным, нескрываемым презрением несколько секунд разглядывал бандита, а потом коротко и ясно порекомендовал тому отправиться в увлекательнейшую пешую прогулку. Причем конечным ее пунктом должно было стать место общеизвестное, но обычно вслух не называемое.

Эта рекомендация Михея изрядно огорчила. Сделана она была громко, вслух и со вкусом. Да еще и при постороннем человеке. Авторитет побагровел – Старостину даже на мгновение показалось, что его круглое лицо сейчас треснет, как перезрелый помидор. А дальше Михей – «безопасник» не сумел предугадать реакцию бандита – уже не сдерживаясь, в полную силу, зарядил ногой Малышеву в голову. Бизнесмен без звука тяжело рухнул на матрас, служивший ему постелью.

– С-сука какая! – ругнулся авторитет, с ненавистью глядя на распростершегося перед ним Виктора. – Всю ногу об него отбил!

Он сделал еще одну попытку пнуть поверженного противника, однако Старостин на этот раз успел – оттащил Михея в сторону.

– Что ты делаешь?! – не на шутку испугался он. – Ты же его убьешь!

Михей вскинулся, взглянул в лицо Старостина налитыми кровью, бешеными глазами. Тому пришлось пережить несколько неприятных секунд – казалось, что авторитет хочет уложить и самого Андрея Михайловича рядом с его бывшим шефом.

Однако Михей сдержался. Небрежно стряхнул руку Старостина со своего локтя, сплюнул в сторону неподвижно лежащего Малышева, после чего сказал:

– А ты еще не понял?

– Ты о чем? – Неприятно было то, что Михей окончательно перешел на «ты». Если он раньше обращался к Старостину хотя бы по отчеству, признавая тем самым его главенствующую роль, то сейчас обращался как к равному.

– Его, – Михей кивнул в сторону Малышева, – по любэ валить надо.

– А какие могут быть другие? – несколько растерянно уточнил Старостин.

– Ты его лучше знаешь – ты и думай, – отрезал Михей. Но тут же, сжалившись над менее опытным в такого рода делах напарником, снисходительно объяснил: – Надо так сделать, чтобы он нас сам просил все забрать.