Пули отливают из ненависти

Отвратительно сырое межсезонье, в котором нет ничего от цветущей и благоухающей весны. Вторая осень – пакостная и промозглая.

– Гражданин! – послышалось сбоку.

Глеб обернулся на голос. Полицейские. Двое. По тому, как мешковато сидит на них форма, по молодым, даже юным лицам, совсем недавно познакомившимся с бритвой, можно понять – «псы». Срочники, которых судьба забросила в Красногорскую отдельную бригаду оперативного реагирования внутренних войск. Полицейский батальон, бойцы которого несут на улицах областного центра патрульно-постовую службу.

– Предъявите документы! – предложил тот, что был повыше ростом и носил на узеньких погонах сержантские «уголки».

– А в чем, собственно, дело? – Глеб попытался включить командирские интонации. И у него получилось. Вот только солдатики не обратили на них внимания.

– Документы, будьте добры! – усилил нажим в голосе сержант. А его напарник положил руку на рукоять укрепленной на поясе дубинки.

Тяжело вздохнув, Глеб извлек из кармана свой единственный документ и протянул его юным ментам.

– Ага! – сержант почти обрадовался. – А паспорт?!

– Посмотри дату выдачи справки, командир! – немного грубовато подсказал ему Глеб. – Когда бы я его успел получить?..

Сержант зыркнул недовольно, но совету все же последовал. На лице его отразилось разочарование:

– Значит, только сегодня прибыли в город, Глеб Аркадьевич?..

– Ну да… – Глупо отрицать очевидное.

– А здесь что делаете?

– Жду, – коротко ответил Глеб.

– Кого?

– Жену, – а вот это слово далось с трудом. Действительно, кто сейчас ему Ирка?.. Что не жена – так точно. Развод она получила уже на втором году его отсутствия. Он не возражал – глупо.

– Понятно… – протянул сержант и, сложив справку об освобождении по старым сгибам, протянул ее Глебу. – Ладно, Глеб Аркадьевич. Ждите…

Патруль не спеша двинулся дальше, оставив Глеба на той самой улице возле того самого дома.

…Ирка появилась уже затемно. Глеб ее даже не узнал – почувствовал. Просто у подъезда остановилась машина – судя по форме кузова, не из самых дешевых – открылась пассажирская дверца и наружу легко выпорхнула женщина. В легкой норковой шубке, в кокетливой меховой шапочке. Глеб не разглядел лица – просто в каком-то порыве крикнул:

– Ира!

Женщина остановилась, не дойдя до подъезда пары шагов.