Крематорий

С этой публикой Андрею все было понятно – вечно протестующие при любой существовавшей до этого в России власти. Но было среди них и несколько нестандартных персонажей. Какой-то небритый дед в стеганой фуфайке, пара женщин с обветренными лицами, одетых так, словно их выдернули прямо с частного подворья, когда они вышли покормить скотину или насыпать зерна курам. К двери стал амбал в камуфляже, створки закрылись, и автобус тронулся с места.

– Куда едем? – поинтересовался кто-то с «камчатки», прозвучало довольно весело для той ситуации, в которой находился спрашивающий.

– На расстрел, – так же весело отозвался конвоир. – Завезем в лес на хрен всю вашу компашку и закопаем.

– Заманаешься яму копать, мусор.

Мент обиделся и принялся выискивать глазами того, с кем вел диалог в переполненном автобусе.

– Я тебя запомнил. Приедем в отделение, вот эту саму дубинку тебе в рот засуну по самые яйца и сосать заставлю.

– Выслуживайся, выслуживайся, – пользуясь теснотой, оставаясь незамеченным, проговорил недоступный для сержанта протестант.

– Выгонят, снова трактористом работать пойду, – отозвался конвоир.

Ларин попрощался взглядом со своим «Ленд-Ровером» и серебристым жилым трейлером. Автобус катил к городу, и Андрей решил воспользоваться моментом, чтобы окончательно понять, в какой ситуации оказался.

– А что тут, собственно, происходит? – спросил он у девушки, державшейся с ним за один поручень. – Давайте, я потеснюсь, а то вы на одной ноге стоите.

– Спасибо, но и вам же не в воздухе висеть. Ничего, если я вам на ногу стану?

– В тесноте, да не в обиде, – примирительно сказал Ларин. – Просветите о здешних реалиях. Я человек здесь случайный.

– Еще один под раздачу попал, – обратилась девушка к соратникам по борьбе. – Вы фотожурналист?

– Что-то вроде этого.

Пока автобус катил к центру города, Ларин прослушал вполне толковую и вменяемую лекцию о противостоянии, возникшем в городе. Строящаяся федеральная трасса, согласно проекту, естественно, с народом не обсуждавшемуся и готовившемуся кулуарно, должна была пройти прямо через заповедник, обходя город с юга, практически уничтожив охраняемый природный объект. Также под снос уходило две деревни в пригороде, что-то около тысячи домов.