Предатель рядом

– А между тем Игорь полтора года копил деньги на дубленку… – задумчиво выдавил из себя Копаев. И вдруг встрепенулся: – Алексей Алексеевич, вы – видели?.. А где вы видели это украшение?

Быков устало облокотился на стол.

– Антон, Игорь Эберс работал в таможне, а его дядя… Он заместитель начальника Таможенного комитета.

– Вот как? – удивился Копаев. – Игорь никогда об этом ничего не говорил.

– А зачем? Никто не знает об их родстве. Люди, бывает, многое не говорят. Зачем им афишировать неслужебные отношения?

Антон через силу улыбнулся.

– Я тебя вот зачем попросил приехать, Копаев… – Очки начальника снова заняли положенное место на носу. – Я понимаю, что Эберс был твоим товарищем, но… Займись этим делом без чувств. Помимо того что начальник таможни был дядей Эберса, он еще и мой хороший друг. Своих толковых сыскарей у него нет, поэтому он и обратился ко мне за помощью. Ты понял?

– А смысл, Алексей Алексеевич? Дело уже в следственном комитете, прокуратура контролирует.

– В том-то и дело, что дело в следственном комитете…

– Это как-то связано с коррупцией в таможне или даже в нашем ведомстве?

– Вот и разберешься. Я согласовал участие в деле с начальником. Таможня напрямую работает с полицией, а люди умеют договариваться друг с другом. Не всегда это ведет к хорошему.

Быков никогда ничего не предполагал вслух просто так. Копаев это знал.

– Только помни, что очень скоро могут начать обрабатывать твои же коллеги из УСБ таможни и ГУВД. Ты меня хорошо понял? – И Быков внимательно посмотрел Антону в глаза.

– Менеджер в строительной компании «Екатеринбургстрой».

– Вот именно.

– Я все понял.

– Если бы я сомневался в этом, я бы тебе это не поручил.

– Я понял. Можете быть спокойны.

– Надеюсь, тебе не нужно объяснять, что тебя сейчас могут начать «водить»? Не лезь в эту хату, Антон. Поверь старому волку… Обещаешь?

Неопределенно помотав головой, Копаев привстал со стула.

– Вот и ладно, – согласился полковник, суетливо выдвигая ящики стола.

Улыбаясь одними губами, Антон вышел из квартиры. Быков любил конкретику, и если бы он хотел сейчас заставить Копаева что-то сделать, то не удовлетворился бы непонятными орбитальными движениями головы подчиненного.

«Хитрит старик, – думал Антон, доставая ключи от своего кабинета в офисе и стоя прямо перед дверью. – Сам себя успокоить хочет».