Полицейская фортуна

Разбившись на две равноценные команды по велению тренера, футболисты перетащили на себе ворота, поставили их поперек поля, что свидетельствовало о том, что борьба будет проходить на ограниченном пространстве, то есть на каждом участке игрового поля. Одни надели оранжевые майки-накидки, другие – синие. Так легче отличать своего от чужого – не надевать же клубную форму. Прием прост, он пришел из Европы.

– Когда мы гоняли мяч во дворе, одна команда играла в майках, а другая раздевалась по пояс.

– Сверху? – уточнил Антон.

Между ним и опером из ГУВД Сидельниковым сидел мужчина лет сорока, с сильными руками и в тонких очках, которые нынче носят не по причине слабости зрения, а больше из-за куража. Попробуй поиграй с таким «слепым».

Его звали Базаян Фрунзик Норикович. Хороший в прошлом футболист, ныне – заместитель председателя Федерального агентства по спорту России. Жизненный путь его в спорте закончился три года назад, когда он закончил играть в Германии за «Вольфсбург», сама же жизнь его продолжалась, и текла она ровно и состоятельно.

На Рублевском шоссе Фрунзик Норикович отстроил себе особняк, владел несколькими машинами и никогда не скрывал своего достатка. Любой в Екатеринбурге, кто слышал о футболе, кто играл или кто просто болел у телевизора, знал Базаяна и считал его одним из лучших.

Сидели, тихо переговариваясь, наблюдая за вялой распасовкой в центре полуполя. Кряжин с Сидельниковым мучились от никотиновой зависимости, страдали невыносимо, однако курить на трибуне крытого стадиона, будучи проведенными туда Базаяном, было бы просто наглостью.

– Я им в Бремене еще говорил, – частил Фрунзик Норикович, – будете вот так на чужой половине сопли выматывать друг у друга – конец. «Вердер» – команда серьезная, не нужно смотреть, что она ниже экватора местного чемпионата. У них все контратаки как выстрел. А с нашей скоростью…

– Да, с контратаками у нас – хоть вешайся… – огорченно подхватил Антон. – Фрунзик Норикович, а какой путь проходят деньги, прежде чем они выплачиваются за приобретенного футболиста?

Тот пожал плечами и сунул в рот пластик жвачки.

Базаян знал, зачем он находится в компании следователя Генеральной прокуратуры, роль свою понимал и уже давно настроился на профессорскую волну. Объяснить сложные вещи человеку, который не имеет о процессе даже ориентировочного мнения, задача сложная, а подчас даже невыполнимая.

– Ну, начнем с начала, – сглотнув слюну, сказал Базаян. – Откуда берутся деньги на покупку мастеров.