Неприкасаемый чин

– Дави гада! – кровожадно крикнула Танька, и ее решимость на какое-то мгновение передалась подруге.

Наташка выжала педаль газа. Неуклюжий лимузин подбросило на дороге, днище машины скрежетнуло о землю. Конечно же, сильно разогнаться не получалось. Насильник внезапно крикнул что-то нечленораздельное и побежал навстречу, прыгнул на длинный капот и каким-то чудом задержался на нем. Его искаженное злобой лицо оказалось перед самым ветровым стеклом. Моложавый мужчина с испитыми глазами смотрел напряженно и в то же время весело.

Словно бы все происходящее являлось сумасшедшим аттракционом.

Наташа испуганно продолжала давить на газ. Лимузин, раскачиваясь, мчался по разбитой грунтовке. Мужчина схватился руками за щетки стеклоочистителей и подтянулся на них. Его нос расплющился о стекло. Наташка резко вдавила тормоз. Двигатель заглох. Насильник, продолжая двигаться по инерции, улетел вперед на дорогу. Машина еще немного проехала и встала как вкопанная. Руки у Бабарыкиной мелко дрожали.

– Мы его конкретно переехали, – произнесла она мгновенно побелевшими губами.

– Кажется, да, – подтвердила Танька, пытаясь рассмотреть, что делается впереди. – Не вижу его. Значит, под колесами лежит. Ты же слышала – хрустнуло!

– И что теперь с нами будет? – всхлипнула Наташка.

– Ничего не будет. Это же самооборона. Он и тебя изнасиловать хотел.

– Да? – с надеждой в голосе проговорили блондинка. – Самооборона? Ты так думаешь?

И тут за стеклом дверцы показался тот, кого они «с хрустом переехали».

Жив, здоров, вот только рукав пиджака порван на плече. С дьявольским хохотом он рванул на себя дверцу, одной рукой ухватился за Наташку, второй выдрал ключи из замка зажигания. Девушка от неожиданности пронзительно заверещала.

– Дура! Я тебя во все дыры… – договорить насильник не успел.

Наташка укусила его за руку, выскочила из машины и помчалась напролом сквозь малинник. Сзади слышалось тяжелое дыхание преследователя. С каждой секундой оно становилось все более возбужденным.

Девушка мчалась что было сил. Хрустели сминаемые кусты.

– Догоню, кончу! – раздалось очень близко, даже показалось, что она ощутила горячее дыхание на затылке.

Бабарыкина сбросила шаль, рванула в сторону, и вовремя. Пальцы насильника схватили лишь рукав. Затрещала материя, шрапнелью разлетелись мелкие пуговички. Выскользнув из треснувшей блузки, Наташа рванула вперед.

– У-у-у… – раздалось абсолютно животное урчание за спиной.

Девушка выбежала к озеру.