На всякого блатного найдется пуля

– Еще и телефон испортили!

– Вы лучше из своей квартиры позвоните на телефонную станцию и спросите, не из-за долгов ли его отключили, – посоветовал Степан, заканчивая свое черное дело.

– Каких долгов? – удивилась старуха. – Я всегда аккуратно плачу на месяц вперед. Долгов быть не может.

– А вы все-таки проверьте, – улыбнулся Степан. – Может, в этом месяце они в Гватемалу звонили…

Глава 3

Эдику не спалось. Он не находил себе места, курил в предрассветных сумерках и мерил шагами палату. На него навалилась депрессия.

Очень хотелось взбодриться, но ничего не осталось. Выписывать его должны были после обеда, но Эдик чувствовал, что так долго он не выдержит. Переодевшись в костюм, он вышел в коридор и натолкнулся на угрюмых телохранителей.

– Эй, пропустили быстро! Я еду домой.

– Павел Игнатьевич велел, чтобы вы оставались здесь до дальнейших распоряжений, – пробасил Стас Липкин, бритый мордоворот в сером костюме.

– Плевать, что отец сказал! Мне здесь надоело. Если попробуешь меня остановить, пожалеешь, что на свет родился, – визгливо заорал Эдик, пихнул оторопевшего секьюрити и ринулся к лестнице.

Телохранители молча последовали за ним. Стас с обреченным видом достал сотовый и набрал номер губернатора.

– Что еще? – раздался недовольный голос шефа.

– Ваш сын решил уйти из больницы. Остановить его без применения физической силы не можем, – виновато доложил секьюрити.

– Дайте мне его, – зло потребовал губернатор.

– Вас, – Липкин протянул сотовый Эдику.

Тот брезгливо покосился на аппарат и бросил:

– Сам с ним разговаривай.

– Он не хочет говорить, – сообщил телохранитель губернатору, ожидая бури, однако тот воспринял новость спокойно.

– Ладно, потом с ним разберемся, – вздохнул губернатор и добавил: – Отправляйтесь с ним и не спускайте глаз с его квартиры, головой отвечаете.

– Да, будет сделано, – с готовностью выпалил Липкин. В ответ послышались гудки.

– Че, настучали папашке, выслужились, – язвительно заметил Эдик, спускаясь по лестнице.

 – Если я захочу, он вас в момент уволит.

– Извините, мы всего лишь выполняли приказ, – сдерживая гнев, пробормотал Липкин; перспектива оказаться на улице ему вовсе не улыбалась. – Это для вашей же безопасности.

– Да пошли вы оба! Кто меня тронет-то? – самоуверенно ухмыльнулся Эдик, потом вспомнил о недавнем происшествии, и улыбка погасла. Тронуть могли те, кто не знал, чьим сыном он является. Идиотов хватало даже среди гаишников.