Народная диверсия

Люди в костюмах переговорили с ним, сели в свою «Волгу» и тут же уехали, пообещав на прощанье лысому большие проблемы.

Тип из «Пежо», коренастый серьезный мужчина средних лет, мрачно посмотрел на руководившего процессом доставания техники из воды лысого толстяка и, позвав с собой участкового, отправился по домам расспрашивать аборигенов о таинственном утоплении бульдозера. К Угорцевым они постучались к первым.

– Кого там нелегкая принесла? – не особо приветливо крикнул из-за забора Арсений Матвеевич, не торопясь открывать калитку.

Пес Дружок выразил поддержку хозяину громким заливистым лаем.

– Я – ваш участковый Прокопчук. Откройте, поговорить надо, – донеслось из-за калитки.

– Об чем говорить-то?

– О бульдозере. Вы не видели ночью на берегу посторонних? – стараясь перекричать собачий лай, спросил следователь.

Арсений Матвеевич все-таки открыл калитку, хоть и неохотно, но во двор незваных гостей не пригласил, лишь поздоровался с участковым.

– Я, мил-человек, по ночам привыкший спать, а не по берегу шляться, – строго сказал он, окинув долгим взглядом коренастую фигуру городского типа.

Арсений Матвеевич нарочно говорил, подражая своему отцу, старался казаться старше своих лет. Со старика какой спрос? Он щурился на солнце, пытаясь показать, что к тому же подслеповат.

– Ночью кто-то утопил бульдозер, – сказал гость. – Вы случайно ничего не видели?

– Мы совершенно случайно этой ночью спали и ничего не видели. Мы воопче рано ложимся, в девять, а когда и того раньше, вот так-то.

Арсений Матвеевич притворно закряхтел и потрогал свою голову.

– А кто с вами живет? – спросил следователь.

– Супруга моя живет. Токмо она вовсе глухая, ничего не слышит...

– Значит, вы ничего не видели и не слышали?

– Нет, нет... Знать ничего не знаем, ведать не ведаем.

Следователь окинул старика подозрительным взглядом, попрощался и, кивнув участковому, направился к калитке. Участковый вышел следом за ним.

Арсений Матвеевич захлопнул калитку, запер ее на задвижку и тут же резвой прытью рванул на веранду, где его ждала Татьяна Семеновна, которой он строго-настрого велел не высовываться.

– Что там, Сеня?

– Городское начальство было с нашим Прокопчуком. Но уже ушло...