Кремлевские войны

 – Надеюсь, теперь вы объясните причину, которая заставила нас в такой поздний час собраться и давать исчерпывающие объяснения о работе созданного нами фонда? Ведь вы не из праздного любопытства назначили эту встречу!

– Да, не из любопытства, – согласился генерал. – Тут такое дело… Вам еще не сообщали, что на Николова завели уголовное дело?

– Как?! Новое дело? – воскликнул Тарасов. – И кто же?

– Должен признаться, что мои подчиненные, – удрученно признался Белозерский. – Я знать ничего не знал, честное слово! И вдруг сегодня смотрю сводку и узнаю, что следователь Ермолаев ведет уголовное дело в отношении Николова Н.

– И на какой стадии это дело находится? – спросил вице-премьер.

– Да уже далеко продвинулось, – сообщил министр. – Два тома всяких материалов собрано. А вчера следователь ознакомил с делом самого Николова и взял с него подписку о невыезде.

– Подписку о невыезде? – воскликнул Егор Алмазов. – Но как же… как же он будет расширять организацию? Создавать новые отделения? А где взята эта подписка?

– В Омске, – отвечал Белозерский.

– Да, ну и новость… – пробормотал Тарасов. – А что – вы не предупреждали своих подчиненных, что в отношении Николова не следует проявлять активности?

– Нет, не предупреждал, – отвечал генерал. – После того совещания, как мы и договорились, я распорядился, чтобы с него сняли подписку о невыезде, под которой он тогда находился. И решил, что это своего рода сигнал для моих заместителей. Что они сами должны понять, что Николова трогать не надо.

Министр развел руками.

– Это выглядело бы подозрительно, – закончил за него фразу Тарасов. – Что ж, это разумно. Но, выходит, кто-то из ваших замов вас не понял…

– Да, Семен Чубушный дал задание следователю начать это дело, – подтвердил Белозерский. – А прокуратура тут же дала на это свою санкцию.

– Ну, в отношении позиции Петрова у меня иллюзий не было, – сказал Алексей Константинович.

– Так ведь я же говорю: я и сам не ждал… – генерал прижал руки к груди.

– Я все понял, – остановил его вице-премьер. – Ситуация мне понятна. Вопрос в том, как из нее выйти.

– Понятно как, – сказал Алмазов. – Вы открыли это дело, вам его и прекращать. Надо дело закрыть и подписку с Николова снять. Что тут сложного?

– Все не так просто, – покачал головой Белозерский.