Галера для рабов

 – И к карательным органам, в отличие от вас, отношения не имею. Хотя всемерно с ними сотрудничаю. Попробуй только с вами не посотрудничать… – добавил он неприязненно, понизив голос.

– Мне кажется, что все собрались, – медленно произнесла Евгения Дмитриевна. – Других не будет. Этот человек прав – в толпе как-то спокойнее…

– Где капитан? – взревел полковник.

– Думаю, появится, – предположил Желтухин и принялся исподлобья обозревать всех собравшихся. Люди ежились от дурной энергии, исходящей от его колючих глаз, чувствовали себя неловко, нервничали – даже те, кто лез из кожи, чтобы сохранить независимый вид.

Разволновался толстяк Аркадьев под прицельным взглядом, заблестела от жирного пота плешивая голова.

– Теперь мы знаем, с кем нам посчастливилось оказаться на одном борту, – сказал Желтухин недобрым голосом. – И только с вами, Зиновий Филиппович, полная неясность. Сообщите, пожалуйста, аудитории, где вы работаете.

– Но вы же сказали, что вам плевать, где я работаю! – возмущенно выкрикнул толстяк.

– Мне – возможно, но вот другим…

– Господи, да какая теперь разница, – отмахнулся Аркадьев, и плечи его обмякли. – Не такая уж у меня и заоблачная должность. Я работаю начальником управления муниципального земельного контроля сочинской городской администрации…

– Не столь заоблачная должность, сколько хлебная, – отозвался полковник Костровой.

– На что вы намекаете? – взвизгнул Аркадьев, становясь пунцовым.

– Да помилуйте, – фыркнул полковник. – Мне ли намекать? Я вас впервые вижу.

И еще бы лет триста не видел.

Настала тишина. Люди уныло разглядывали друг дружку.

– И вот их стало десять? – вдруг как-то надрывно констатировала блондинка Статская.

Она уже не казалась такой взвинченной и испуганной, как полчаса назад. А по поводу отсутствия ума и умения делать выводы сомнения возникали и раньше – не могут пустоголовой особе доверить серьезную должность в серьезном ведомстве. Не все так просто, как кажется. Присутствующие опомнились и со страхом уставились на блондинку – что она несет? Пусть не всем, но изрядной доле собравшихся пришла в голову одна и та же мысль…

Капитан и его помощник долго запрягали, но быстро ехали.

Они уже спешили к гостям – и волновались так же, как и те. Помощник скатился с капитанского мостика, капитан примчался откуда-то с нижней палубы – и так уж вышло, что подошли они к растерянным пассажирам почти одновременно. Оба были в форме – сиреневые рубахи со знаками отличия, отутюженные брюки.