Бункер разбитых сердец

Он совершенно не знал, о чем сейчас говорить с дочерью. Алексей ушел и как будто унес с собой непринужденность обстановки. А Дашка, как назло, молчала и внимательно смотрела на него. Видимо, ждала вопросов. Но Михаил никак не мог собраться с духом заговорить о ее проблеме. Об их проблеме. Как-то совсем неловко себя чувствовал в данной ситуации. Может быть, зря ввязался в это дело? Все-таки это больше к женским проблемам относится. Вот если бы ему сейчас сказали «фас!» – тут все прекрасно. Набил бы морду сволочи или по-другому как разобрался.

– Пап, ты хоть скучал по мне? – наконец нарушила тишину Дарья, продолжая сверлить отца пристальным взглядом.

Только теперь это был взгляд женщины. С хитринкой, пытливый, как рентген. Так только они умеют смотреть. Михаил давно научился это игнорировать. Но тут – дочка. Другой случай. Но, не поддавшись смущению, он открыто ответил:

– Да. Каждый день. Каждый час. Вы оба во мне занозой сидели. И ты, и Алешка. А вы? Ты вспоминала меня?

Теперь ее взгляд резко преобразился, снова став похожим на искренний детский.

– Я – очень! Ты даже не представляешь как! И как я ненавидела этого мерзкого Самойленко! Особенно тогда, когда узнала всю правду. Мне ведь Ленка все рассказала, – горячо и быстро заговорила Дарья, подавшись вперед и жестикулируя руками. – Я сначала вообще ей не поверила. Думала, выдумывает. А потом решила с матерью поговорить. А она не стала. Сказала, что не собирается со мной эту тему обсуждать. Вот тогда я поняла, что Салова не врет.

– Уст. Тут правильнее сказать «из первых уст», – поправил Михаил, чувствуя, что, как и Галина, совсем не желает говорить на эту больную тему. – Только давай лучше поговорим о чем-нибудь другом. Например, о тебе. Ты мне ничего не хочешь рассказать? Сама. Без моих наводящих вопросов.

– Нет. Пока. Пока мы не поговорим о тебе и маме, – твердо заявила Дарья.

– Это твое условие?

– Именно, – отрезала она и снова постучала пальчиком по столу.

Теперь Михаилу предстояло и тут не прогнуться. И если с Алексеем все обстояло проще и не требовалось идти на компромисс, то с дочкой было сложнее. Она, конечно, имеет право знать то, что хочет, от своих родителей, а не из чужих сплетен. Но и беспардонно вторгаться в их личную жизнь не должна. Тут у каждого своя территория.