Чемодан. Вокзал. Обойма

Если человек остается без средств к существованию, то пытается выжить любым способом.

– Пошли отсюда, – произнес Ларин.

Никто не шелохнулся, ни одна из сторон просто не могла поверить, что такое может произойти.

– Бригадир, ты… вы их отпускаете? – проговорил кто-то с недоумением.

– Мне проблемы не нужны, – твердо сказал Андрей, не вдаваясь в подробности. – И вам, кстати, тоже. Хотите больших неприятностей? Они будут. Кто против того, чтобы их отпустить?

Возникла пауза, никто не решился перечить бригадиру.

– Тогда идите. И больше мне не попадайтесь.

Грабители сперва осторожно двинулись к прорезанной в сетке дыре, а затем, оказавшись по другую сторону изгороди, побежали.

– Зря ты так, бригадир.

– Ну, вот и все, – вымолвил Ларин, пропустив замечание мимо ушей, а потом все же пояснил свое распоряжение. – Сегодня они так стояли, завтра вы можете у стены стать. Решайте, как будете делить отобранные деньги.

– Ты бригадир, тебе и решать, – напомнил Вахид.

– Мое предложение такое: положить сюда, – он указал на уже отобранное у грабителей, – то, что у кого осталось, и разделить поровну.

Гастарбайтеры зашептались. Андрей не хотел больше вмешиваться в их дела. Сегодняшний день и так был насыщен неприятностями, но внутреннее чувство подсказывало, что их запас еще не исчерпан. Никогда не знаешь, насколько может быть плохо. Ларин первым ощутил, что в темноте за оградой происходит какое-то движение.

«Черт, пистолет в тайнике остался», – подумал Андрей и нагнулся, поднимая с земли обрезок трубы.

Теперь уже насторожились и рабочие. Они переглядывались и вооружались кто чем мог. И тут за воротами послышался звук работающего мотора, вспыхнули фары. Тентованный грузовик легко снес бампером створки, ворвался на территорию стройки. Из кузова высыпался десяток бойцов в экипировке, предназначенной для разгона массовых беспорядков: пластиковые шлемы с забралом, дубинки, щиты с надписью «МИЛИЦИЯ».

Свет трех пар фар безжалостно высветил на фоне составленных в два яруса бытовок вооружившихся чем попало рабочих. Ларин стоял к цепочке бойцов ближе остальных. Положение сложилось для него не лучшим образом. Ему не стоило иметь дел с милицией.