Иван Царевич и Волк, обожавший театр

Даже не спорю, здесь жилось гораздо лучше – все деликатесы мира, лучшие ткани, платья, драгоценности. Все мне. Да и клетка у меня – шикарный дом с кучей комнат, большие окна, парк. Но я то птица, мне свободы хочется.

Я грустно посмотрела на ногу. Лодыжку обвивала зачарованная цепочка, которая не отпускала меня в небо. Тоненький золотой браслет, и цепочка, которая тянулась к полу. И даже если я выходила в парк, цепочка следовала за мной и уходила в землю. И поговорить тоже не с кем, охрана, которой немерено, со мной не разговаривала, две немые служанки да повариха.

Сколько я побегов за последние 10 лет устроила! И ни один не увенчался успехом. А ведь я десять лет не бегала по полю, не мочила ноги в речке… А все это проклятая цепочка, ключ от которой этот гад носил всегда при себе.

Дверь в комнату приоткрылась, и в неё просунулась толстая голова с тоненькими усиками и маленькими глазками.

– Свет души моей, позволь войти?

Я царственно кивнула, оторвавшись от книжки.

– Как тебе сладости восточные? По вкусу ли пришлись?

Ещё один кивок.

– Солнце моё ясное, помоги. К моей Настеньке купец сына сосватать хочет. И богатый, и молодой, и дела у нас вместе хорошо идут. Да только Настеньке только 17 стукнуло, я её даже на княжеский бал не водил. Авось там кто и получше приглянётся?

Адель подумала и кивнула.

– Сватай, все чин по чину. Только на дела общие с этим купцом не рассчитывай, Настенька твоя за другого замуж пойдёт.

– Как за другого? А сватать тогда зачем? – возмутился боярин.

– Надо, – отрезала девушка, – не сосватаешь, не встретит она суженого своего, и судьба её в другую сторону свернёт.

– А суженый богатый? Купец али боярин?

– Всё, – холодно ответила она и отвернулась к книжке, давая понять, что разговор окончен.

Толстячок сразу засобирался и попутно рассыпался в благодарностях.

Когда дверь за ним закрылась, Адель откинулась на подушки. Да, знал бы купец, что дочь его полюбит простого дружинника, который будет её охранять.

Тяжело, когда ты видишь нити судеб, да вот только своей не видать. Или суждено ей до старости в клетке просидеть? И не сбежать ведь. Адель остервенело подёргала безуспешно за цепь и разрыдалась.

***

Младший сын князя Мирослава бежал. Нет, он не бежал, он летел, окрылённый счастьем.