Стать человеком

– Недетское продолжение, Саня. Ты вроде небольшой любитель таких дел?

– А я не из-за любви.

Костя Ремень радостно засмеялся и даже стукнул о мою кружку своей.

– За нелюбовь! – громко провозгласил он и уткнулся в меня хитрым, прищуренным глазом. – А из-за чего тогда?

– Для книги.

– Хорошие ты книги стал писать, Саня, – заключил Константин и потянулся к новой кружке. – Честные.

– Стараюсь.

Честные книги не появятся в этом мире еще очень долго и уж точно не с моей подачи. Поиск тропинок на ту сторону социума – слишком экзотический предмет для встречи.

– Как музыка? – одна из немногих тем, которые не вызывали у Кости неприкрытой агрессии.

– Все дальше от меня, – Ремень потихоньку напивался. – Скоро в барабан перестану попадать. Так куда двинем? – он допил пиво и треснул кружкой об стол.

– Туда, где не светит солнце.

– Это где?

– Я думал, ты знаешь.

– Знаю, – он глухо засмеялся. – Ни солнца, ни звезд. Сплошные сумерки мира.

– Самое место для нас с тобой.

Минут через пять мы вышли из бара, поймали машину с содранной тонировкой и отправились на ней в сумерки этого мира. В охотничьи угодья, о которых я так недолго, но столь искренне грезил. Трубят рога, лают борзые, в страхе разбегаются грызуны и парнокопытные. Осталось выбрать цель. И не жалеть ни патронов, ни шкуры.

Я задумался и не отсек момента, когда мы приехали. На безлюдной улице высилось мрачное недостроенное здание с черными провалами окон. Я вопросительно посмотрел на Ремня. Тот кивнул и зловеще усмехнулся.

– Здесь никогда не скучают.

После такой рекомендации устоять было невозможно. Мы прошли мимо невнятного ограждения и пробрались в здание. По дороге Костя организовал для меня краткий экскурс.

– Лет пять назад дом бросили строить, и здесь стихийно образовалось сообщество по интересам.

Условное название «Десятка», – Ремень усмехнулся. – Какой-то умник решил, что за все здешние грехи девяти адских кругов будет маловато и рогатым парням надо срочно браться за циркуль и чертить десятый.

– Секс, наркотики и рок-н-ролл?

– Не так все просто, писатель.

Мы пробирались вверх и вглубь по узким лестницам и скрипящим доскам. Через несколько минут я услышал первый звук – чей-то приглушенный, яростный крик.