Каятан

ТОТ САМЫЙ, – глаза у него были круглые, как щиты… ну или как что-то другое… тоже очень круглое. – Понимаешь?

– Нет.

– Ты никогда о нем не слышал?

В голосе было столько недоверия, что, казалось, он говорит, по меньшей мере, о знании и незнании своего собственного имени. Или воинского устава, как сказал бы наш ротный.

– Сказал же.

Недоверие в его взгляде не пропало, но объяснить он все-таки решил.

– Каркулта – это самый знаменитый, талантливый, непревзойденный предсказатель всего Термилиона. Нет, всей Такаронии.

Не мог ты о нем не слышать. Он ведь… он… пронзит взгядом грядущее…

Не сдержавшись, я захохотал. Ну и вид же был у него!

– И ты веришь в этот бред? – спросил я. – В предсказания судьбы?

– А ты нет?

– Нисколько. Невозможно узнать, что случится в будущем, – уж в чем в чем, а в этом я был уверен.

– Да? А как же то, что ты сам говорил? Что можешь предугадать, какой противник нанесет следующий удар? Да я и сам видел…

– Это совершенно другое! Я не вижу будущего, даже самого близкого.

Если бы ты слушал сержанта Киото, то знал бы, что келото позволяет ощутить только то, что существует на самом деле. Пусть это будет даже только тень мысли или намерение, или даже хлипкий пол в старом здании, но только что-то реальное.

– Я бы слушал его внимательнее, если бы после «разминки» стук моего сердца не заглушал все в радиусе километра. Но ведь тогда тем более, – он не собирался сдаваться, – это и имеется в виду. Предсказание – это не магия и не что-либо подобное, это нечто принципиально иное.

И Каркулта лучший в этом деле… – Он вдруг замолчал. На его лице появилось задумчивое выражение. – А знаешь что? Давай пари. Если предсказатель произведет на тебя впечатление, то я выиграл. Если нет, то… так уж и быть, неверие и скептицизм победили.

– Хорошо, – просто согласился я, – полузолотой. Согласен?

Мгновение он колебался, но скоро ударил меня по руке.

– Тогда бежим быстрее, – он вскочил в нетерпении, – к вечеру там будет очередь длиной в километр. Вряд ли он задержится здесь дольше, чем на пару недель.

Заплатив привычную, непомерно высокую пошлину на входе в Алеман, я сразу же вспомнил, что «предсказатель» наверняка тоже не бессребреник. Я забеспокоился, что уплата пошлины покажется мне щедрым подаянием.

– Мик, а ты подумал о том, сколько эта благодать будет стоить? Тут парой медяков не отделаешься.

– За кого ты меня принимаешь? Все предусмотрено. Я нашел покупателей на те клинки. Ну, когда мы Леринга выручили.