Замок Волшебника III

Выпущенные на арену, они не могли сбежать с нее, но могли сражаться, используя все свои умения и навыки. Смерть на арене тоже была ненастоящей, убитые тут же воскрешались у входа, с полными барами очков жизни и маны. Разве что убитый больше не мог участвовать в этот день, получая символический опыт, а победитель получал десять процентов от того, как если бы сражение и враг были настоящими. Еще были ограничения на подставные бои, то есть схватка должна быть реальной, в противном случае опыт существенно резался и наоборот, если в бою участвовали противники противоборствующих фракций, опыт повышался.

Также при цитадели находились камеры, где можно было содержать гладиаторов, куда они и перемещались при смерти. Вариант с орками мне понравился. Как никак один воин девятнадцатого, а второй и вовсе разрушитель двадцать шестого. По сути один бой для эльфа первого уровня в случае победы (что маловероятно) даст ему опыта для поднятия уровня, а поражение повысит его на добрую треть от уровня, и все это не выходя из замка!

– При арене работники есть? – уточняю у Тима, отставляя полупустую крынку на ступеньку и поднимаясь на ноги.

– Смотритель, два охранника и тренер.

– Пойдем, посмотрим, как это работает.

Арена представляла собой открытый, овальный амфитеатр, с немного утопленным местом для сражения и пятью рядами лавок, защищенных от сражающихся трехметровой решеткой. Несмотря на то, что все строение было каменным, оформленным оно оказалось в неизменном эльфийском стиле, изящные колонны в виде стволов деревьев украшала резьба, изображающая листья и плоды винограда или стены, полностью увитые цветущими растениями.

– Смотритель Эльгиниус, к вашим услугам, Лорд, – поклонился эльф, – ваш полководец предупредил, что вы придете…

– Я так понимаю, эти великаны – ваши охранники? И как они сильны?

– Достаточно, чтобы доставить любого разбушевавшегося гладиатора в его камеру.

– Действительно, жаль. На поле боя им цены не было бы.

– Зато мы можем поднять цену воинам, тренируя их на арене. Как вы заметили, наша является самой совершенной, превосходящей и человеческие, и гномьи, не говоря уж о орочьих.

– Это да.