Психолог для Тёмного мира

– В таком случае сегодня последний день твоей работы, – отрезал рыцарь. – По окончании нашего разговора я отрублю тебе голову.

– Ясненько. – У Изи задёргалось левое веко. – Клиент всегда прав… Мама, спаси ме… э-э-э, прошу прощения. Что ж, приступим… Кем работаем, если не секрет?

– Я Тёмный Властелин.

– О-о-о… – Изя сразу вынул из нагрудного кармана блокнотик и записал: «толкинист». Затем, словно что-то вспомнив, хлопнул себя по лбу и зачеркнул написанное. – Ой, да что вы стоите, присаживайтесь, присаживайтесь, ваше высокопревосходительство!

Рыцарь прошёл к дивану у стены, царапая рогами потолок, и уселся на мягкие подушки, проткнув их шипами доспехов сразу в нескольких местах.

«Меня хочет убить – чёрт с ним, но мебель портить зачем? Мама мне не простит…»

– Ну? – в нетерпении рыкнул рыцарь.

– Приступим, голубчик… – произнёс психолог, усаживаясь в кресло напротив клиента.

– В последнее время со мной происходит что-то странное, – прогудел рыцарь. – Я творю Зло, но не чувствую никакого удовольствия. Угнетаю покорённые народы, ввожу непомерные налоги, устраиваю массовые оргии… но с каждым днём это всё скучнее и скучнее! Я придумываю новые забавы, но и они надоедают быстрей, чем вхожу во вкус. Я уже опустился до того, что затеваю против себя заговоры и сам же раскрываю их! А вчера мне и вовсе пришла в голову мысль приговорить себя к повешенью за ребро…

«Не такая уж и плохая идея», – подумал Изя, но вслух сказал:

– Что ж, ситуация достаточно прозрачная.

– Какую ещё игру?

– Я назову вам несколько слов, а вы скажете, что о них думаете. Договорились?

– Начинай. – Рыцарь нетерпеливо махнул рукой.

– Итак, первое слово – любовь!

– Любовь? – Тёмный Властелин почесал рог на шлеме. – Любовь… любовь… а, любовь! Ну, у меня есть гарем прекрасных нек-рабынь.

– Хм… ясненько. Второе слово – женщины!

– Женщины… о них я слышал, что они тоже люди и нужны для любви.

– Третье слово – счастье.

– Чувство, которое я раньше испытывал в камере пыток. Правда, мои пленники его почему-то не разделяли…

Изя встал и вытащил из стола несколько листов бумаги. На каждом были изображены тёмные пятна разных форм и размеров.