Черная Земля

Оно еще и называется как-то? Я задумался и… У меня явно был удачный день. Второй раз за короткое время в голову пришла умная мысль. Черта сидел в этом ка… пи… э-э… тетради, в общем, тысячи лет. Несмотря на это, мы с ним разговариваем, хотя языки у нас абсолютно точно должны быть разными. Раньше я думал, что он все через мою голову понимает, но теперь кажется, что так у него не могло получиться.

Он все время был в тетради и посылал мне свои мысли, а я ему свои. Но ведь как-то мы друг друга понимали! Только я хотел сказать, как Черта меня опередил:

– Я долго ждал этого момента, очень долго.

– Выходит, ты сам залез в эту штуку…

– Не «штуку»… – В его голосе отметилось недовольство: не понравилось ему, что его перебили. – Капитрен – неизменение. Он помог мне сохранить себя.

– И зачем это было нужно – прятаться? – Облака у меня под ногами твердели: так о них было удобней опираться.

– Я последнее, что осталось от моего народа. Ауреи, гизки, накхи с согами, нократос и мы – алви. Наша война… Казалось, что на этом… на этом все закончится… изменится… что уж теперь-то места хватит всем… Все смогли бы привыкнуть! Она вспыхнула с новой силой…

Я понял, что Черта все же сошел с ума.

– И я выжил!

– Ты – призрак, – напомнил я.

– Не бывает привидений, – вернулся он к уверенному тону. – Жизнь либо есть, либо ее нет. Не бывает промежуточных состояний. Я жив.

Если сначала расстояние между нами, хотя я и не мог определить его сколько-нибудь точно, не казалось мне ни большим, ни маленьким, – в этот момент я понял, что Черта немного ко мне приблизился.

– Ты – тетрадка. – Раньше мне было его немного жалко, теперь нет.

– Я внутри тетрадки. – Мне показалось, что он усмехнулся голосом.

– Ну и что?

Нет, я, разумеется, понял, к чему он клонит. Фантазия у меня богатая… Типа, он надеется завладеть моим телом, а меня либо здесь оставить, либо вообще в расход. План, конечно, отличный, но как он надеется это осуществить? Я имею в виду – это ведь мое тело.

– Ничего. – Линия рта алви немного сморщилась – видимо, он так улыбался. – Я даже немного благодарен тебе. Это была большая удача, что рядом с капитреном очутился кто-то.