Невешайнос и перстень Звездочёта

Гремон, надеявшийся на лёгкую победу, был задет не на шутку, забыв осторожность, он ринулся прямо вперёд, стараясь прижать Донезио к стене, где он был бы лишён возможности маневрировать, но…наконечник шпаги Донезио упёрся ему прямо в живот.

– Сударь, вы убиты! – воскликнул Донезио.

– Чёрт возьми, вы правы!

И Гремон отошёл к зрителям. Но Эм и Тул доказали своему учителю, что они не зря отнимали у него время. Ловко отбивая его выпады, они сами то и дело переходили в атаку. Но вот Донезио сделал вид, что собирается нанести укол Эму, вдруг отпрыгнул в сторону, и упёр свою шпагу в ребро Тулу.

Число зрителей ещё возрасло. Бой Эма с Донезио пришлось прервать из-за быстро надвигающейся темноты, драться на шпагах при свечах не разрешила сударыня Липа. Противники пожали друг другу руки и все дружно принялись таскать мебель, готовя столовую к ужину. Гремон был очень расстроен своим поражением и заявил, что по возвращении в столицу он станет брать уроки у лучшего фехтовальщика королевства.

– У кого же это? – поинтересовалась сударыня Липа.

– Да у кого же ещё – у Донезио, конечно, – ответил старый вояка. И все вздохнули с удовлетворением: поражение не сделало Гремона несправедливым.

За день до окончания занятий состоялись поединки Донезио с каждым из троих.

Два поединка закончились победой учителя фехтования, третий, продолжавшийся более получаса, победителя так и не выявил. Вы, наверное, догадались, что и на этот раз противником Донезио был Эм.

На другой день с утра Донезио и Гремон уезжали в столицу с возницей, прибывшим за ними, а Тул и Эм опять с дядюшкой Теренсом уехали на Гордом.

Ребятам, конечно, хотелось скорее попасть домой, но они понимали, что в такой сильный мороз лошади тяжело, да и ослушаться сударыни Липы, которая столько сделала для них, они не могли.

Ночевали на постоялом дворе, там же и ужинали.

Один купец рассказал, что тилюдские ремесленники стали плохо выполнять заказы. Кузнец, у которого он всегда покупал замки, на этот раз смог выполнить только половину заказа и, когда купец поинтересовался, в чём дело, кузнец показал целую кучу наконечников для стрел и копий, которые он сделал для армии Тилюда.