Навязанная игра

Так, тот открыл глаза, удивился, не сразу вспомнил… дальше был похож на робота. Встал, умылся, почистил зубы, стал собирать вещи. Ему сказали, чтобы брал только свое, остальное привезут потом. Он и брал… носки, белье, зубную щетку…

Да!!! Подошел к кровати и, когда забирал лежавшую на ней майку, из-под подушки достал блокнот! Самый обычный, в дешевой картонной обложке. Никто из находившихся в комнате со своих мест этого не видели, да и Щербатов тогда не придал этому значения. Косяк, однако, причем косяк серьезный.

Ладно. Но что это за блокнот, который мальчик, только что узнавший о гибели отца, первым делом взял в руки? Вряд ли первые стихи или заметки о Москве. Можно гадать, но лучше – узнать.

– Джудит, я скоро вернусь!

Это было сказано с облегчением. Не нужно думать, как начать сложный разговор, да можно и вообще не разговаривать!

И это в тот самый момент, когда она подобрала, наконец, нужные слова! Ну и пусть катится!

Джудит даже не повернулась в его сторону.

Но этого Щербатов, естественно, не видел. Потому и не оценил, и не смутился. Дело у него.

У входа в дом Кассиди стояла полицейская машина с опущенными стеклами. Двое копов сидели внутри, наслаждаясь вечерней прохладой. Проходящему Щербатову один из них лишь лениво махнул рукой, второй и вовсе ограничился кивком – видимо, в этом городишке он успел стать хоть немного, но своим.

Столь же небрежно кивнув в ответ, русский коп поднялся на крыльцо. Дверь открыла бабушка Поля. Утомленное, состаренное горем лицо, следы слез под глазами, но голос строг и даже сух.

– Здравствуйте, мистер. Что вам надо?

– Мэм, я хотел бы переговорить с Полем.

– Я не думаю, что сейчас незнакомцам следует беспокоить мистера Кассиди.

Именно так. Отныне Поль – старший мужчина в семье, а потому – мистер Кассиди, и никак иначе.

– Мэм, поверьте, мы знакомы и очень давно…

– Я знаю, кто вы такой. В Кранбери вы достаточно известны. Также, как известен и ваш талант приносить неприятности вашим близким.

Наверное, в чем-то она права, но сейчас-то он как раз о ее внуке беспокоится.

– Простите, но мне действительно необходимо поговорить с вашим внуком. Поверьте, это очень важно, для него в первую очередь.