Поход Мертвеца

Я рассказывал тебе, княжич, что происхожу из семьи вольноотпущенников, за особые заслуги меня удостоили чести стать…

– Палачом?

– Ликтор не только палач, он еще и глашатай и вестовой. Он исполняет поручения военачальника и имеет право носить фасций, символизирующий власть и закон, – растерявшийся телохранитель говорил едва ли не первое, что приходило в голову, не смея глаз поднять на своего воспитанника. И по-прежнему не поднимался с колен, стоя над почти обезглавленным трупом главаря.

– Ты же рассказывал мне, что служил только на севере.

– Так и было. Шестой легион в те годы находился там. После убийства Лепида я, как и многие другие…

– Меня это не касается, Дориноша. Что ты творил на самом деле? – Странная тишина установилась, говорил только царевич, все прочие молчали, вроде бы отстранившись от троих, но поневоле слушая разговор, становясь его соучастниками.

– Закон, – хмуро произнес телохранитель, по-прежнему не смея поднять глаз. – Мне надо было сказать тебе еще раньше, княжич, прости, что вышло в не самое удачное время.

– Еще какое неудачное. Говори же.

– Я имел право казнить преступивших закон легионеров. За предательство, за оставление знамени, за дезертирство, за воровство и изнасилование… – наконец, встретившись с глазами Пахолика, замолчал враз и продолжил иным голосом: – Мертвец тогда именовался… неважно. Он и его товарищи должны были удержать лагерь до прихода основных сил, но оставили его. Из двух сотен выжило пятнадцать. Лепид пришел в ярость, узнав это, приказал устроить децимацию, то есть казнить каждого десятого, а остальным выдавать один овес две недели.

Но их было пятнадцать, и жребий вытянули двое, тогда Лепид переложил бремя выбора на мои плечи. Я… я отпустил Мертвеца, таково распоряжение Лепида: либо уход из легиона, либо смерть. Второго я казнил.

– Ты отдал меня в плен венедам.

– Я не знал. Я отпустил тебя, наемник, – Дориноша выглядел совершенно раздавленным. – Показал тропу, по которой всего четыре часа назад прошел дозор, сказал куда идти и дал десять монет.

Я представить не мог, что…. – телохранитель замер, ожидая слов Мертвеца. Но тот молчал, хмуро глядя на Дориношу. Потом протянул руку.

– Поднимайся. Нам пора в путь. – Телохранитель несмело коснулся ладони, поднялся, не поднимая взгляда. Забрав коней убитых, отряд высыпал на дорогу, Мертвец поинтересовался, не было ли другой засады, с другой стороны тракта.

– Как не быть, была! – воскликнул Боронь. – Там, в осиннике.