Цифра

– Странная у вас нелюбовь к технологиям для человека, работающего на переднем их крае, – заметил Васильев.

– Есть такая особая грань, когда технологическое развитие делает уже не лучше, а хуже. Ее надо уметь чувствовать.

Дверь за секретарем закрылась, ректор разлил по бокалам коньяк.

– Знаешь физиологический смысл пить кофе с коньяком так, как это делал Хэмингуэй?

– Не знаю, как именно он это делал, но могу предположить, что он обходился без кофе.

– Спирт снижает чувствительность рецепторов. Поэтому первый глоток хорошего коньяка имеет глубокий вкус, а второй уже плоский и невзрачный.

Кофе как раз чувствительность рецепторам возвращает. Поэтому сначала чуть-чуть коньяка, потом кофе.

Васильев глотнул коньяк, на удивление мягкий, со вкусом чернослива и где-то вдали твердыми нотками от дубовой бочки, где он провел, видимо, не меньше четверти века.

– Так вот о студенте, – ректор откинулся в кресле. – У меня тут даже распечаточка завалялась, – он потряс пачкой бумаг.

– И что это?

– Это? Сверхбыстрый алгоритм вычисления дискретного логарифма.

Я бы сказал, практически мгновенный.

– Дмитрий Сергеевич, я от теории слегка отдалился. Как-то ближе к практике, в основном процессуальной. Что это значит?

– Это значит, что все ваше шифрование можете выкинуть к чертям.

– В каком смысле? – удивленно спросил майор.

– В таком, что все вскрывается за минуты.

Васильев замер, напряженно глядя на ректора. Потом тихо спросил:

– Кто об этом знает?

– Ты – четвертый.

– А кто третий?

– Его научный руководитель по магистерской диссертации. Вчера мне это принес.

– Понятно, – Васильев залпом допил коньяк.

– Парень гений, но как все гении наивный и полностью оторванный от реальности. Если его, так сказать, не взять под крыло и не направить в нужную сторону, сам понимаешь, что будет.

– Я подумаю, Дмитрий Сергеевич.

– Подумай. Но лучше не долго. Позвать студента?

– Он что, здесь?

– Конечно. Анечка! Позовите Ибрагимова!

Минуту спустя дверь приоткрылась, и в кабинет осторожно заглянул молодой человек.

Васильев не смог подавить мгновенно возникший штамп «ботаник». Он представил студента, сдающим норматив физподготовки стажера в полиции, и мысленно схватился за голову.

– Вызывали, Дмитрий Сергеевич?

– Заходи, заходи! Присаживайся, – ректор жестом показал ему на свободное кресло у своего стола.

Студент осторожно вошел в кабинет и пристроил свое хрупкое тело на край сиденья.