Сияние потухших звезд

Еще есть версия, что это разрыв в пространстве Вселенной, из которого за нами подглядывают высшие существа.

– Опять придется дверь в ванную запирать, – сказала Яланиюма.

– А вы не запирали? – удивился капитан.

– А вы?

– И я не запирал? И теперь не буду. Пусть смотрят. Я человек интересный.

– Таких версий я могу штук по тридцать в минуту генерировать, – заявил Кихан.

– Вот самая популярная группа, десять миллиардов человек. Ну, то есть, когда последний раз мы получали сигнал было десять миллиардов. Сто двадцать восемь миллиардов положительных оценок.

– А… – Кихан разочарованно махнул рукой.

– Что за взрыв? – нахмурился Атэр Брок. – Не понял, там типа войнушка какая-то? У меня фотонные торпеды в разобранном виде…

– Что? Какие торпеды? – не понял Волков.

– А я думал, Ниями, вы за компьютером работаете, – сказал Каратикардха. – Волновые таблицы рассчитываете. Анализом полей занимаетесь. Регистрацией излучений.

– Куда ей, она не умеет, – ответил Кихан.

– Не умею, – подтвердила Ниями. – Куда мне?

– Вы-то сколько классов закончили?

– Классов? Каких классов? Вообще не понимаю, о чем речь, – Ниями улыбнулась.

– И раз уж зашла об этом беседа, разве в ваши трудовые обязанности входят прогулки по сети и чтение комментариев? – ворчал капитан.

– Как? – удивилась Ниями. – Я должна делать что-то еще? Мне за это не платят.

По комнате пролетела пущенная Яланиюмой пустая пластиковая кружка из-под кофе. Она аккуратно ввалилась в отверстие в кофейном аппарате, и тот издал холодный звон.

– Как жаль, конечно, – сказал первый пилот Салук, – что объяснение этому яркому феномену ученые найдут, как всегда, простое и скучное. Без громких сенсаций, без приключений, с помощью серенького маленького космического аппарата, вычислив атомарную структуру вещества или, может быть, химический состав, или что-то в таком роде, что обычному человеку не интересно и не понять. Протоны стучатся в электроны…

– Как-как? – оживился Кихан.

– А что скажете вы, профессор Волков? – поинтересовался капитан. – Мы люди темные, курьеры, дальнобойщики, но вы – человек ученый.

Волков, до сих пор тихо слушавший разговор, вздрогнул, услышав свое имя. Он стоял у дальней стены, почти в углу, и видел сразу весь мостик.

– Я же простой биолог, капитан, – напомнил он и прокашлялся, голос показался глухим. – Даже хуже – селекционер, генетик.