Мороз

 – Тогда это под язык, – из ниоткуда в его руке возникла тонкая мягкая пластинка, будто резиновая. Аркус взял ее и поднес к носу:

– Знакомый ароматизатор. Яблоки?

– Да, это успокоительное. За две минуты как раз успеет рассосаться. Быстрее, скоро выход… Вот молодец, только не жуйте. Далее по списку нанофон, – худрук – так его называл про себя Аркус – наконец оторвался от экрана и метнулся к чемоданчику.

Оттуда привычным движением достал прозрачный футляр: внутри металлический прибор, нанофон, размером с ноготь, и несколько накладок на него под разный цвет кожи.

– Скажите "а-а-а", – попросил худрук и начал водить по шее Аркуса прибором. Его мембрана неприятно цеплялась за, казалось, выбритую щетину. После недолгих примерок нанофон закрепился на коже. Парень деловито проставил еще одну галочку в списке. – А теперь тонкая подстройка. Давайте "а", только чуть громче… Та-ак, чуть тише… Готово! Теперь щеки, чтобы не покраснели при всех.

Все из того же чемоданчика в его руках взялись кисточка и прямоугольная коробочка.

– Мы это спреить будем? В черный, в русый? – надменно спросил худрук и опять вернулся к экрану.

–Спреить "это" не будем, – в тон ответил Аркус.

– Ясно, жаль. Галочку не ставим, – парень даже не заметил попытки задеть его.

Аркус вырвал планшет из его рук, кулаки напряжены. Худрук впервые посмотрел ему в глаза и непонимающе наклонил голову:

– Что-то не так?

Волна раздражения разом утихла:

– Кира и та живее будет, – неожиданно спокойно протянул Аркус.

– П-прошу простить меня. Я впервые на таком большом мероприятии, – худрук оправдывался. – Столько народу за сегодня подготовил. Те, кто важнее, прошли первыми, а у вас в списке даже должность не проставлена. Давайте, кстати, поставим. Вы кто?

"…Заведующий Биофизической лабораторией!" – донеслось из колонок.

– Слышал? Мой выход, – Аркус похлопал парня по плечу и вернул ему планшет.

У каменных ступеней караулили все те же телохранители Яна.

– Привет, Никита! – Аркус кивнул одному из них.

Яблочная пластинка давно рассосалась, но легче от нее не стало. Стоило ступить на сцену, все тело задрожало, как от долгой голодовки. На площадке внизу тысяч пятнадцать-двадцать, чего уже достаточно. Так еще и шесть боковых ярусов нависли над ним.

– Система оповещения как всегда на высоте, – микродинамики растиражировали на весь Зал шепот Аркуса.