Кебрудигер

Представьте себе превосходную пятизвёздочную гостиницу, представили? А теперь забудьте. Вообразите себе самую задрипанную послевоенную гостиницу, одна звезда ей светит лишь по астрономическим причинам, да и то с неохотою. И вот из этой гостиницы, с позволения сказать осьмой свежести и такого же качества, выдрали пару комнат и с грохотом поместили на землю, это и был их офис. Офис решения чужих проблем, и, как часто бывает, единственная их проблема – неспособность решать свои проблемы, а иногда и чужие.

Если посмотреть на это сооружение с достаточно безопасного для психики расстояния, то можно было разглядеть множество разных надписей – по одним из них филологи изучали словообразования различных ругательств и пришли к выводу, что другие филологи уже сделали это за них, и написали наиболее кратко сформулированные свои выводы до крайности тошнотворной на вид краской, но нас интересовала лишь надпись: «Кебрудигер» – именно так и называлась их компания.

Кебрудигер – соответственно, начало имени Кебруда и конец Родигера, финансовый, творческий и эволюционный. Они долго спорили, находясь у юриста, чьё имя поставить в начало. И когда оба сошлись на том, что монетка решит их спор, Родигер подбросил, изловчился её не поймать и вынужден был полезть за ней под стол.

Пришли, – заметил Кебруд и найдя в списке ближайших скачек Вермишель, поставил на неё две тысячи.

– Если это не сработает, то ты сам завтра побежишь на скачках, – выдавил Родигер.

Кебруд внимательно осмотрел спину друга, прикидывая, как на ней будет смотреться седло.

– Ты лучше напомни мне послать записку нам в прошлое и смотри как я выиграю!

– А что, если мы отправим деньги в прошлое и…

– Не глупи, – перебил Кебруд, поочерёдно размахивая вытянутыми руками вверх-вниз, – я использую проверенный метод, зачем ты всегда все усложняешь и хоч… – Но и его перебил гулкий звонок, предвещающий начало скачек.