Архитекторы

– Им нужен был какой-то простой регулятор жизни. Как тебе нужны эти правила создания мёртвых творений. А на счёт самолюбия… Мы все этим занимаемся, только с разными целями.

Павел закатил глаза. Разговор не нёс никакой пользы, и он осознавал это яснее и яснее. Но в глубине души надеялся на то, что его друг вернётся с ним назад.

– На самом деле я не уверен, что они смогут пройти все испытания. Но я все же верю в них. Как же иначе? Моя надежда доживёт до скончания времён. Они в состоянии доказать, что все наше видение жизни ложно, – договорил Безымянный и замолчал.

Ночь опустилась, творя вокруг волшебство. Свет звёзд, заполонивших небосвод, мягко освещал верхушки деревьев, изрезанную поверхность скал, бегущую в русле воду, искрясь в ней. Редкие ночные птицы давали о себе знать короткими сигналами в практически абсолютной тишине. Воздух, такой лёгкий и свежий, проникал в каждую клетку тела и дарил ощущение свободы и несерьёзности. Павел чувствовал это. В очередной раз он подивился тому, насколько органичным вышел этот мир.

– Как ты назвал планету? – спросил он, и вопрос разошёлся по окрестностям неспешными кругами по воздуху, какие оставляют после себя камни на воде.

– Земля, – прошептал Безымянный. – Земля означает надежду.

– Надежда всё равно ведёт к смерти, – заметил Павел.

– Смерть – это шаг к бессмертию.

После они долго молчали. Павел вглядывался в темноту ночи, не похожую на ту тьму, что заполняет собой космос. Его мрак всегда бледен и безжизненен.

Он пробирал холодом настолько, на сколько ему позволяли законы устройства мира. Темнота же ночи, как не странно, имела особенный свет, сияние. Она как будто наполнялась смыслом. И её можно было ощутить физически, потрогать рукой. Подобные чувства давно не посещали Павла.

– Пожалуй, я пойду.

– Иди, – ответил Павлу Безымянный.

Тяжёлый вздох наполнил земную ночь. А затем гость исчез. Он мгновенно растворился в воздухе. Но не растворился в этом мире.

Его давний друг сидел на краю скалы и, не отрываясь, глядел на небо.

Свет далёких звёзд успокаивал чувства внутри после не слишком приятного разговора. Этот мир оставался на задворках галактики, но именно он потихоньку превращался в точку невозврата всей системы.

Между тем по небу летела звезда. Не ускоряясь и не тормозя, она рассекала те жалкие клочки темноты, что остались между остальными звёздами.

«Спутник», – пронеслось в голове Безымянного.

Он сидел здесь миллионы лет.